– Неприятному? – нервничает дон Эрмохенес.

– Не знаю.

– Сугубо личному?

Взгляд адмирала непроницаем.

– Похоже на то.

Улицу Сент-Оноре не сравнить с Версалем, однако чем-то они похожи, думает Педро Сарате, шагая по улице Сент-Оноре. Здесь есть своя собственная стоянка экипажей всех типов, прогуливаются прилично одетые господа, а дамы то и дело выныривают из магазинов, чтобы вновь исчезнуть в их недрах. Такое впечатление, что эта оживленная артерия Парижа и прилегающие к ней улицы созданы исключительно для торговли. В лабиринте модных пассажей, парфюмерных лавочек, кофеен и роскошных бутиков можно встретить чуть ли не половину города: Сен-Жермен, Шоссе-д'Антен; Монмартр, Марэ, – по словам Брингаса, за день их буквально опустошают. Добрая часть завсегдатаев прибывают сюда пешком, в фиакре, в берлинке, в кабриолете, не чтобы купить что-то заранее намеченное, а чтобы прошвырнуться по магазинам, пообедать, выпить кофе, людей посмотреть, себя показать.

Внимательно изучая номера домов и вывески магазинов, адмирал попадает в нужное место: оно расположено между лавкой, торгующей цветной бумагой, и магазином перчаток. Вывеска вызывает у него улыбку: «Mlle. Boléro, chapeaux à la mode»[84]. Возле дверей – витрина с лентами, помпонами, перьями, куфиями и шляпками разнообразных форм и расцветок. Дон Педро толкает дверь, которая приветствует его звоном колокольчика, снимает шляпу и проходит внутрь. Колокольчик привлекает внимание двух хорошеньких девушек, которые сидят возле прилавка, подшивая шляпки для кукол, – эти куклы, адмирал уверен, в скором времени отправятся во все столицы Европы, от Мадрида до Константинополя или Санкт-Петербурга, одетые по последней моде, в роскошных шляпках от мадемуазель Болеро.

– День добрый.

Навстречу ему выходит дама среднего возраста и с приятным лицом. На ней скромное платье из темного атласа, волосы убраны на испанский манер.

– Я – дон Сарате… Думаю, вы меня ждете.

Марго Дансени сидит в маленьком патио, покрытом стеклянной крышей, за садовым столиком, окруженным растениями в цветочных горшках. На столике – чайный сервиз тончайшего фарфора.

– Спасибо, что пришли, сеньор.

Дон Педро садится в одно из кресел. Когда он вновь поднимает глаза и смотрит на дверь, оказывается, что встретившая его дама уже исчезла.

– Это моя близкая подруга, – объясняет мадам Дансени. – Испанка, как мы с вами. Шьет мне шляпки много лет подряд. Я полностью ей доверяю.

Адмирал рассматривает свою собеседницу. Платье, зауженное в талии, пышная юбка, серый шелк, расшитый мелким цветочком, и муслиновый платок, завязанный на уровне декольте. Волосы забраны сеткой, которая очаровательно сочетается с соломенной шляпкой с широкими полями, без сомнения, изготовленной в мастерской мадемуазель Болеро. Большие темные глаза смотрят на адмирала с беспокойством.