Этот разговор не прибавил Анжеле хорошего настроения, но она чувствовала, что отступать уже поздно.

Пока Анжела разговаривала с Пиготт, сэр Джон и леди Беллами нанесли визит в Айлворт. Они нашли Джорджа лежащим на диване в столовой, где, хотя шла уже первая неделя июня, в камине горел огонь. У Джорджа были все признаки больного в последней стадии чахотки. Глухой кашель, истощение и лихорадочный оттенок его лица — все, несомненно, говорило о болезни.

— Ну что ж, Каресфут, должен сказать, что вы едва ли похожи на жениха, — сказал маленький сэр Джон с таким довольным видом, словно сделал чрезвычайно веселое замечание.

— Нет, но я сильнее, чем кажусь; брак меня вылечит.

— Хм! Вы уверены? Тогда вам очень повезет.

— Не квакайте, Беллами. Сегодня я счастлив — в моих венах пляшет огонь. Подумать только, завтра в это же время Анжела уже будет моей законной женой!

— Ну, вы, кажется, заплатили неплохую цену за эту привилегию, если то, что говорила мне Анна, верно. Продать поместья Айлворт за пятьдесят тысяч — означает продать их, по меньшей мере, на сто пятьдесят тысяч дешевле, чем они стоят. Следовательно, девушка обошлась вам в сто пятьдесят тысяч фунтов — немалая цена для одной девицы.

— Ба! Да ваша кровь холодна, Беллами! Неужели вы не понимаете, что есть истинное наслаждение в том, чтобы губить себя ради женщины, которую любишь? Кроме того, подумайте, как сильно она полюбит меня, когда поймет, чего мне это стоило. Так и вижу эту картину… Она придет и поцелует меня — заметьте, поцелует по собственной воле — и скажет: «Джордж, ты благородный парень! Джордж, ты любовник, которым может гордиться любая женщина, ибо никакая цена не была для тебя слишком высока». Да, именно так она и скажет.

Веселые глазки сэра Джона блеснули невыразимым весельем, а полные губы его жены скривились в невыразимом презрении.

— Вы считаете поцелуи до того, как получили их, — сказала она. — Филип придет сюда сегодня днем, чтобы подписать документы?

— Да, они лежат в соседней комнате. Хотите взглянуть?

— Да, хочу. Ты идешь, Джон?

— Нет уж, спасибо. Я больше не желаю, чтобы ваша светлость угощала меня очередными пророчествами. Я уже давно умыл руки и стараюсь держаться подальше от этого дела. Лучше останусь здесь и почитаю «Таймс».

Джордж, опираясь на руку леди Беллами, вышел.

Как только они ушли, сэр Джон отложил «Таймс» и внимательно прислушался. Затем он встал и задвинул засов двери, которая вела в холл, тем самым уменьшив вдвое шансы на то, что ему помешают. Затем, прислушиваясь на каждом шагу, вытянув вперед шею и круглое лицо, теперь уже совершенно серьезное, и глядя вокруг, словно какой-нибудь усатый кот, крадущийся к кувшину со сливками, он на цыпочках подобрался к железному сейфу, стоявшему в углу комнаты. Здесь он снова прислушался, потом вынул из кармана маленький ключик и вставил его в замок; ключ повернулся без труда.