Разумеется, сравнение экономических проблем 1970–1990‐х годов с кризисом 1930‐х не совсем обоснованно, хотя страх перед еще одной Великой депрессией витал в воздухе. После произошедшего в 1987 году обвала американского (и мирового) фондового рынка и последовавшего за ним международного биржевого кризиса 1992 года очень многие задавались вопросом, может ли она вернуться (Temin, 1993, р. 99). Но “десятилетия кризиса”, наступившие после 1973 года, напоминали Великую депрессию 1930‐х годов в той же мере, в какой на нее походили десятилетия после 1873 года, в свое время также называемые депрессией. Глобальная экономическая система устояла, хотя ее “золотая эпоха” завершилась в 1973–1975 годах чем‐то похожим на классический циклический спад, который всего за один год сократил промышленное производство в странах с “развитой рыночной экономикой” на 10 %, а международную торговлю – на 13 % (Armstrong, Glyn, 1991, p. 225). Тем не менее экономический рост в развитых капиталистических странах продолжался, хотя и гораздо медленнее, чем в “золотую эпоху”. Исключение составляли азиатские страны так называемой “поздней индустриализации” (см. главу 12), в которых промышленная революция началась только в 1960‐е годы. До 1991 года общий рост ВВП в развитых странах перемежался краткими периодами застоя – с 1973 по 1975 и с 1981 по 1983 годы (OECD, 1993, р. 18–19). Международная торговля промышленными товарами, этот мотор экономического роста, продолжалась и в наиболее успешные 1980‐е годы даже ускорилась до темпов, сравнимых с “золотой эпохой”. В конце “короткого двадцатого века” развитые капиталистические страны, вместе взятые, оказались богаче и производили больше товаров, чем в начале 1970‐х, а мировая экономика, средоточием которой они выступали, была намного динамичнее, чем раньше.
С другой стороны, в отдельных регионах земного шара ситуация выглядела гораздо менее благоприятной. В Африке, Западной Азии и Латинской Америке рост ВВП на душу населения вообще прекратился. Большинство жителей этих мест в 1980‐е годы стали еще беднее, причем в больший отрезок этого десятилетия в африканских и азиатских странах рост производства прекратился полностью, а в латиноамериканских государствах – частично (UN World Economic Survey, 1989, p. 8, 26). Мало кто сомневался в том, что для этих районов земного шара 1980‐е годы оказались периодом глубокой депрессии. Что же касается так называемых стран “развитого социализма”, где в 1980‐е годы продолжался скромный экономический рост, то после 1989 года их экономические системы полностью развалились. Вот здесь сравнение с Великой депрессией представляется вполне уместным, хотя и не отражает всю глубину кризиса начала 1990‐х. В 1990–1991 годах ВВП России сократился на 17 %, в 1991–1992‐м – на 19 %, а в 1992–1993‐м – еще на 11 %. Несмотря на некоторую стабилизацию, наблюдавшуюся в начале 1990‐х, Польша с 1988 по 1992 год снизила ВВП на 21 %, Чехословакия – почти на 20 %, Румыния и Болгария – более чем на 30 %. В середине 1992 года промышленное производство в этих странах составляло от половины до двух третей уровня 1989 года (