Алиса де Люс выпрямилась, обратила к небу умоляющий взор и в отчаянии произнесла:

— О мой любимый! Деодат, во имя твоей безопасности мне придется до дна испить эту скорбную чашу, чашу гнусности и позора!

Маршал низко поклонился плачущей женщине.

— Итак, до завтра! — сказал он. — Ночью я привезу дам сюда. Ждите нас.

С этими словами маршал удалился, Алиса же, закрыв лицо руками, рухнула на колени и в ужасе простонала:

— О Боже, Боже, меня толкают в бездну! Кругом только ложь и злодейство! Кто же защитит меня, кто протянет руку помощи?!

— Я! — прозвучал вдруг чей-то голос.

Алиса вскочила на ноги и оглянулась.

В дверях стоял Панигарола.

— Святой отец! — прошептала несчастная женщина, чувствуя, что теряет рассудок.

Да, на Алису смотрел маркиз де Пани-Гарола, ее первый любовник!..

XXXV ОТЕЦ И СЫН

XXXV

ОТЕЦ И СЫН

Примерно тогда же, когда Анри де Монморанси вышел из дома на улице де Ла Аш и отправился в свою резиденцию, то есть приблизительно в девять вечера, по улице Сен-Дени сломя голову мчался какой-то человек. Похоже, он очень спешил. Врезавшись в спину случайного прохожего и едва не сбив того с ног, бегущий мужчина выругался и, не останавливаясь, понесся дальше.

Оказавшись возле постоялого двора «У ворожеи», странный человек чуть помедлил, покосился на ворота и тяжко вздохнул: ему явно хотелось заглянуть в заведение почтеннейшего Ландри. Однако бегун сурово сжал зубы и проследовал дальше, прошептав:

— Ничего, увижусь с ним позже! Главное — осторожность!

Мужчина юркнул в проулок, ведущий к темнице Тампль, и через десять минут уже поднимался по парадной лестнице дворца Мем. На стук посетителя в двери открылся глазок, и чей-то сердитый голос осведомился, кому и что тут надо.

— Передайте господину маршалу, что явился тот самый человек, с которым монсеньор беседовал в харчевне местечка Пон-де-Се; я желал бы встретиться с господином де Данвилем, — проговорил поздний гость.

(В доме маршала де Данвиля, как и в резиденциях герцога де Гиза и других важных сеньоров, царили те же порядки, что и в Лувре, при королевском дворе. У маршала были свои приближенные, своя свита, собственная охрана и офицеры. Во дворце Мем Данвиль властвовал подобно Карлу IX в его монарших апартаментах.