Вот уже шесть часов буксир шел, подхваченный Гольфстримом. Об этом ясно свидетельствовали характерные признаки: крупная зыбь частых волн, особенная яркость местных вод, которые сначала согревались в мелком тропическом бассейне Карибов, затем переливались в Мексиканский залив, где их подогревало еще больше, и уже отсюда вся эта масса устремлялась сквозь узкий сток Флоридского пролива, закручиваясь к северо-востоку благодатной дугой, которая утепляла нерестилища Северной Атлантики и смягчала климат стран, лежащих на ее пути.

В середине этого потока, где-то за вскинутым форштевнем «Колдуна», грузно тащился и «Золотой рассвет», преодолевая течение, которое работало на отжим и отбирало у танкера минимум восемьдесят миль в сутки — не говоря уже о том, что этот курс вел навстречу одному из самых злобных и опасных штормов, которые могла выдумать природа.

Ник снова поймал себя на мрачной мысли, что с трудом способен понять людей, готовых пойти на подобный риск. Он задумчиво разглядывал изящные кружевные ленточки — предвестники шторма. Николасу довелось как-то раз пройти через ураган, двадцать лет назад, когда он был младшим командиром на одном из малых зерновозов «Флотилии Кристи», и его передернуло при воспоминании.

Да, Дунканом Александером явно двигало отчаяние, если он решился на такой риск, поставил все на один-единственный бросок игральных костей. Николас понимал, что за силы подстегивают Дункана — ибо сам был человеком одержимым, — однако ненавидел противника за то, что тот пошел на подобную авантюру. Дункан Александер подвергал опасности его сына, к тому же рисковал жизнями не только морских организмов, но и миллионов людей, чье существование напрямую зависело от Мирового океана. Дункан Александер поставил на кон то, что ему не принадлежало.

Сейчас Николас желал только одного: встать борт о борт с «Золотым рассветом» и снять с него сына. И это он сделает, пусть даже придется брать танкер на абордаж. В капитанской каюте стоял запертый и опечатанный шкаф с двумя помповиками двенадцатого калибра и шестью пистолетами «Вальтер PPK.380». «Колдун» был готов к любым неожиданностям в любом океане планеты, в частности к встрече с пиратами или мятежу на борту спасаемого судна. В эту минуту Николас с ходу послал бы вооруженную группу на «Золотой рассвет» — и плевать на судебные иски!

«Колдун» поминутно врезался в накатывающие волны Гольфстрима, и от его носа летела пена, подобно стаям вспугнутых белых голубей. Однако Николаса эта скорость не устраивала — он раздраженно повернулся и направился на ходовой мостик.