– Теперь бери одежду, – кивнул Флинн.

Сказать так было с его стороны большим преувеличением. Наряд Себастьяна только с натяжкой можно было назвать одеждой.

На шею он накинул тесемку из древесной коры, на которой висел заткнутый пробкой рог антилопы с нюхательным табаком, а плечи задрапировал шкурой, пахнущей древесным дымом и человеческим потом.

– От нее смердит! – сказал Себастьян, которому было очень не по себе, когда он коснулся этого наряда. – И там наверняка вши.

– Очень даже может быть, – весело согласился Флинн. – А теперь, Мохаммед, покажи, как надо носить истопо… колпачок.

– Да его-то зачем? Необязательно… – запротестовал Себастьян, в ужасе глядя, как к нему направляется улыбающийся Мохаммед.

– Нет, обязательно, – раздраженно отпарировал Флинн.

Колпачок представлял собой сделанный из горлышка бутылочной тыквы цилиндрик длиной дюймов примерно шесть. Ученый-антрополог по-научному назвал бы его футляром для пениса. Назначение его было двояким: во-первых, он должен предохранять орган от колючек, укусов вредных насекомых, а во-вторых, демонстрировать всем мужскую силу носителя.

Установленный на место, он выглядел вполне импозантно на фоне и без того приличной мускулатуры Себастьяна.

Вернувшись к ним и увидев, что получилось, Роза ничего не сказала. Лишь довольно долго испуганно смотрела на колпачок, потом быстро отвела взгляд, но щеки и шея ее густо покраснели.

– Ради бога, Бэсси. Веди себя так, будто ты им гордишься. Выпрямись и руки… руки убери от него, – наставлял Флинн своего зятя.

Мохаммед встал на колени, обул Себастьяна в сандалии из сыромятной кожи, вручил небольшое, скатанное в рулон и перевязанное сделанной из коры бечевкой одеяльце, а также метательное копье с довольно длинным древком.

Не отдавая себе отчета, Себастьян поставил копье древком в землю и оперся на него, подняв левую ногу, он прислонил ее подошвой к икре правой, приняв позу отдыхающего аиста.

Теперь его было не отличить от настоящего представителя племени вакамба.

– Годится, – одобрил Флинн.

71

На рассвете комиссар Флейшер вышел на берег реки и ступил на временную бревенчатую пристань, вокруг его ног кружились окутавшие реку струйки тумана. Он окинул взглядом два пришвартованных катера, проверяя, надежно ли закреплены веревками бревна. Катера были нагружены до предела и держались на воде с максимально низкой осадкой, из их труб уже шел голубоватый дым, расстилаясь над гладкой водной поверхностью.

– Ну как, готовы? – окликнул он своего сержанта-аскари.

– Люди едят, бвана мкуба.