Приведенная Дюрером приблизительная оценка стоимости сокровища – сто тысяч гульденов – сама по себе поражает воображение (для сравнения: его годовое жалованье при предыдущем императоре Священной Римской империи составляло 300 гульденов, и это была очень приличная сумма). Однако гораздо больший интерес вызывает его оценка изумительного мастерства неведомых художников и ремесленников, поскольку в Брюсселе Дюрер увидел работы мастеров, никогда даже краем уха не слышавших о Возрождении. Эти сокровища привез в Европу из Мексики Эрнан Кортес – авантюрист и конкистадор, переплывший Атлантику и побывавший в гигантском городе Теночтитлане (современный Мехико). Клад был подарком от правителя ацтеков Монтесумы II, и он прозрачно намекал на огромные богатства, скрывавшиеся в новых землях, к изучению которых приступили в Америке Кортес и другие европейцы. Именно этими богатствами оплачен следующий этап Ренессанса, а также многое другое помимо него. На заре XVI в. мир становился обширнее, богаче и вместе с тем кровавее. Карта мира расширялась, и менялись правила игры.

15 Мореплаватели

15

Мореплаватели

Давно уже никто не ходил за море в Крестовые походы…

Чтобы сдвинуть огромную пушку с места, требовалось 200 солдат и упряжка из 60 могучих быков. Изготовивший ее венгерский инженер дал полную волю воображению и получил за работу щедрую плату[963]. Ствол пушки достигал 8 м в длину[964] и был достаточно широким, чтобы стрелять камнями весом более полутонны. Заряжали пушку так долго и с таким трудом, что она могла сделать лишь семь выстрелов в день. Однако этот недостаток с лихвой окупался, когда чудовищное орудие подавало голос. По словам летописца, слышавшего его своими ушами, выстрел производил такой грохот, что прохожие теряли дар речи, а у беременных женщин случались выкидыши[965]. Стены замков и городов в позднем Средневековье могли выдержать удары катапульт, мангонелей и осадных башен и устоять перед подкопами. Под обстрелом же полноценной полевой артиллерии, заряженной порохом из смеси «селитры, серы, угля и трав», они просто рассыпались[966]. Вот почему весной 1453 г. османский султан Мехмед II, которому тогда был 21 год, приказал войскам перевезти свое самое большое орудие на 200 с лишним километров на восток, из своей штаб-квартиры в Адрианополе (Эдирне) к окраине Константинополя. В армии Мехмеда насчитывалось не менее 80 000 человек – вместе с его военным флотом этого было достаточно для основательной осады византийской столицы. Чтобы получить настоящий шанс преодолеть знаменитые двойные стены Царицы городов, Мехмеду II требовалась не только живая сила. По этой причине он взял с собой пушку – «предмет ужасный и поистине невероятный», как писал летописец Михаил Критовул с Имвроса, который был знаком с Мехмедом и восхищался им и побывал в Константинополе после падения города[967].