Осадивший Константинополь султан Мехмед II официально принял бразды правления Османской империей всего два года назад[968]. В действительности он осуществлял власть и принимал военные решения с тех пор, как ему исполнилось 12 лет. Он был воспитан для борьбы и видел в ней смысл своего существования. Мехмеда II, так же как его покойного отца Мурада II и множество султанов до него, толкало вперед стремление прославить Османскую империю и расширить ее границы на Ближнем Востоке и на Балканах. Воинственное мусульманское государство основал в 1299 г. Осман I, мелкий тюркский военачальник, обосновавшийся в Малой Азии к югу от Константинополя. В середине XV в. потомки Османа правили неуклонно расширяющейся сверхдержавой. Они контролировали большую часть бывших византийских территорий на Балканах и около половины Малой Азии, где служили своего рода заслоном между Европой и монголами. Взятие Константинополя должно было подтвердить их притязания на верховную власть в Восточном Средиземноморье и открыть возможность дальнейшей экспансии в Сербию, Венгрию и Албанию. Молодой Мехмед II стоял в одном шаге от региональной гегемонии.

Артиллерийские обстрелы, которым Мехмед II подверг Константинополь с помощью чудо-пушки и более мелких бронзовых орудий, привели современников в ужас. Сам Критовул не видел, как стреляет огромная пушка, но позднее ему рассказывали, на что это было похоже. «Раздался страшный рев, земля под ногами задрожала на много саженей окрест, поднялся шум, какого никогда прежде не слышали люди, – писал он. – Затем грянул оглушительный гром, пламя озарило окрестности, и все вокруг снова почернело… Струя горячего сухого воздуха с силой привела в движение камень… и камень под действием этой силы с огромной скоростью полетел и ударил в стену. Стена тотчас содрогнулась и рухнула, а камень раскололся на множество частей, и его осколки брызнули в разные стороны, губя всех, кто оказался поблизости»[969]. Каждый раз, когда подобный удар разрушал участок стены или башню, горожане бросались латать брешь щебнем. Какое-то время это работало, не позволяя Мехмеду сразу после артиллерийского удара послать войска для штурма города. Так не могло продолжаться вечно.

В ночь на 28 мая 1453 г. после 47-дневной осады люди Мехмеда II взяли штурмом существенно пострадавшие от обстрелов стены Константинополя. Внутри их встретили оборонительные отряды греков, генуэзцев и венецианцев под командованием византийского императора, 48-летнего Константина XI Палеолога. Защитники города сражались отважно. Вокруг гремели пушечные залпы, с темного неба дождем падали стрелы, арбалетные болты и греческий огонь[970]. «С обеих сторон слышались без умолку крики, богохульства, проклятия, угрозы. Кричали и нападавшие, и защищавшие, и те, кто стрелял, и те, в кого стреляли, и убийцы, и умирающие, и все, кто в гневе и ярости творил всевозможные ужасные дела», – писал Критовул[971]. Однако к рассвету защитники города оказались подавлены численным и техническим превосходством противника. В прибрежной части города шла беспорядочная эвакуация, а на улицах свирепствовали османские солдаты и элитный корпус телохранителей султана – янычары.