Лифт в прохладный холл, улыбки персонала, сигара, которую он раскуривал, прекрасно чувствуя себя свежевыбритым, в костюме отличного покроя; прогулка в лечебных целях перед первым стаканом виски в баре, где все его знают.

У него не было своей машины. Он водил только взятые напрокат. Ему и не хотелось заводить свою. Затем обед в хорошем ресторане, куда его почти всегда приглашали, коньяк и сигара. Потом послеполуденный отдых.

Окружавшие его люди — соседи по этажу, те, с кем он обедал или играл по вечерам, воротили миллионами франков, фунтов стерлингов или долларов, жили на широкую ногу, но он им не завидовал, он был доволен своей судьбой, вполне удовлетворен существованием, которое он создал себе в тени этих людей.

Ему всегда радовались, как радовался он сам, встретив того или иного бармена или метрдотеля.

— Уже в Каннах, майор?.. В этом году здесь восхитительно…

Зачем он отправился на Таити? И почему Ренэ Марешалю именно сейчас потребовалось проехаться вдоль архипелага на шхуне?

А ведь все могло пройти безо всяких осложнений. Будь судьба к нему чуть более благосклонной, и он уже отошел бы от дел, заботясь лишь о том, чтобы достойно провести остаток своих дней.

Он тщательно оделся, перекусил в саду, где насекомые вились вокруг фонарей. Ему захотелось выпить шартреза, и он не стал отказывать себе в удовольствии. Неужели мадам Руа и в самом деле опасается за свои доходы?

В девять он встретился с Жоржем Вейлем в «Английском баре», и Мак-Лин одобряюще улыбнулся ему.

«Яхт-клуб» представлял собой неказистое сооружение на сваях. Там уже находилось человек двадцать, они пили кофе или потягивали ликер, и Вейль представил майора нескольким столикам.

— Майор Оуэн…

Большинство лиц он уже видел раньше, но почти все женщины были незнакомы — они не ходили в «Моану» и в бары. Некоторые из них были молодые и хорошенькие.

— Что будете пить, майор?

И все-таки обстановка выглядела бедной. Бедной не в прямом смысле слова, но какой-то любительской, что ли. Конечно, эти люди, затерянные на одном из островов Тихого океана, хотели создать себе иллюзию роскошной жизни. И хотя здесь не царило такое запустение, как в «Колониальном клубе», обстановка все же казалась достаточно убогой, и майору почудилось, что он иронически взирает на самого себя, очутившегося в подобных декорациях.

Тем хуже. Мак ему ясно сказал: нужно торопиться. И потягивая старый коньяк, он привычным профессиональным взглядом смерил всех присутствующих. Он улыбался светской улыбкой.

— У нас тут очень сильные игроки в бридж, — с гордостью сообщил Вейль.