Цайтлер громко рыгнул, причем началось это с тонкого шипения желудка, а закончилось раскатами грома.

«Вот это сила!» — восхищенно произнес Пилгрим.

Я поспешил в носовой отсек. Пять или шесть вахтенных внизу разлеглись и сидели на деревянном настиле палубы, подтянув колени. Гамаки наверху замещали качающиеся ветви деревьев. Чего еще не хватало для полной картины — так это лагерного костра.

Меня забросали нетерпеливыми вопросами.

«Похоже, все идет по плану».

Жиголо размешивал свою кружку с чаем засаленным ножом. «Завтра в это время нам не придется уже есть на палубе», — громко провозгласил он. «Рыбка уйдет. Тогда мы сможем поднять стол».

«Не забудь полотняную скатерть и чашки с золотым ободком», — добавил Арио. «Не говоря уж о фамильном серебре». Неожиданно он нахмурился. «Эй, ты, заткнись! Я не могу больше выносить твою проклятую болтовню».

Он подобрал швабру и швырнул ее в гамак Викария.

«Промазал», — прокомментировал Жиголо, но Арио был далеко.

«Ну хорошо, встань с койки! Прекрати бормотать — опустись на колени и помолись немного громче. Быть может, он приготовит нечто особое для нас, этот твой старик с белой бородой. Быть может, он вытащит тебя из моря и оставит всех нас барахтаться в нем».

«Оставь его», — произнес Хакер.

«Чертов идолопоклонник», — проворчал Арио. «Он просто сводит меня с ума».

Хакер принял более повелительный тон. «Просто утихни, вот и все!»

Из гамака Викария больше не доносилось ни звука.

***

Нервное возбуждение привело меня обратно в кубрик старшин. Теперь дебаты вел Цайтлер.

«Однажды на тральщике мы как-то так вляпались…»

«Если ты на меня намекаешь», — говорит Френссен, «то можешь схлопотать!»

«Ерунда! Разве кто-то что-либо сказал про тебя?»

«Если шляпка подходит, так и носи ее», — жизнерадостно вставил Пильгрим.