В тот вечер гостей угостили на славу — телятиной, варенной в молоке, эларджи[16] и чачей.

Спать никому не хотелось. Всем интересно было побеседовать с гостями о России, о Ленине, о Красной Армии.

С того дня Дата как будто подменили. Он словно родился заново. Жажда деятельности охватила его с прежней силой. Упорно и настойчиво сколачивал он отряд, каждую неделю посылал связных в город, часто ходил на соседние пастбища и подолгу беседовал там с пастухами.

Ревком Абхазии поручил нам постепенно вооружить отряд. Нужно было организовать нападение на места, где могло быть снаряжение и оружие. Мы выбрали Очамчире. Начали готовиться. Дата отобрал двенадцать человек. «В таком деле большой отряд не нужен», и разделил их на три группы. В каждой назначил старшего. Сам Дата, Бекве, Шовкат и я входили в первую четверку.

Маленькие горные деревушки и пастбища соединялись с селением Нижняя Ажара одной-единственной дорогой. В Нижней Ажара находился милицейский пост. Появление двенадцати вооруженных всадников не могло остаться незамеченным. Чтобы не вызывать ненужных толков, Дата решил схитрить. Он остановил отряд у ворот одного дома, попросил у хозяина напиться. Пока пили воду, шепнул хозяину, что мы особоотрядчики и идем по следам Дата Букия. Тот ничего не ответил, только посмотрел хмуро. Можно было не сомневаться, что известие молниеносно разнесется по всему селению.

Мы разыскали комиссара, светловолосого худощавого молодого человека и вместе с ним пошли в канцелярию.

Дата бесцеремонно уселся за стол комиссара и потребовал председателя народного собрания. «Председатель уехал в отпуск», — сообщил комиссар. Дата задумался и немного погодя обратился к нему самому:

— Тогда ты напиши письмо на имя начальника Очамчирской милиции о том, что сегодня ночью по дороге в деревни Верди или Кодори появится Дата Букия. Бандита будут сопровождать десять вооруженных разбойников. Я хочу, чтобы начальник милиции имел наготове около тридцати человек. Сколько верст до Очамчире?

— Двенадцать, — сказал комиссар.

«Двенадцать верст мой отряд пройдет меньше, чем за час. За это время я буду знать, какой именно дорогой пойдут разбойники, и пошлю в Очамчире второго особоотрядчика за вспомогательными силами», — будто про себя прикидывал Дата, прохаживаясь взад и вперед по комнате. Комиссар молчал, ничего не понимая. Дата нахмурился и обратился к нему:

— Чего ждешь? Не видишь, что время не терпит?

— Вы бы сами написали... — робко попросил комиссар.

— Я? А какую печать поставлю я на бумаге? Я не таскаю с собой канцелярию.