Сегодня с утра состоялась совершенно непонятная встреча с еще одним "небожителем", Шелепиным Александром Николаевичем. Зачем он настоял на встрече так и осталось невыясненным. Попили чаю, поговорили о том, каково падать с дерева, дежурно пошутили на эту тему; затем меня отвезли на Красную площадь, где подобрали ребята Брежнева. Чего ломать голову над недосягаемым мышлением руководителей страны, ну, встретились, ну, поговорили – ему от меня ничего не надо, ну и – слава Богу!

Дача Брежнева откровенно разочаровала, так себе дачка, маленькая, неказистенькая, с дешёвой по меркам моего времени отделкой и мебелью. Мы расположились в гостиной за круглым столом, и к нам присоединилась Виктория Петровна, жена Леонида Ильича. Она была одета в немыслимое по простоте ситцевое платье в жутких светлых цветочках на темно-синем фоне. Мне супруга Леонида Ильича понравилась своей уютностью и простотой. Выяснилось, что она когда-то работала акушеркой, и мы активно начали обсуждать идею соединения всех дошкольных учреждений со школой. Ей понравилась мысль пропустить всех девочек через сестринские и воспитательские должности роддома, яслей и детсадика.

Если честно, Леонид Ильич тоже произвел на меня какое-то упрощенное впечатление. Ну, никак он не тянул на интеллектуала. У меня сложилось впечатление, что единственное, о чем он мечтает, это покой и тишина, рыбалка и охота. Не боец, хотя просидеть восемнадцать лет в таком серпентарии, каким был ЦК КПСС, тоже надо суметь. Наверное, никому не мешал, а может, я ошибаюсь. Нет, все-таки он не кукловод, а что-то мягкое, теплое, "душистое", плывущее по течению.

– Игорь, скажи, а зачем ты встречался с Шелепиным?

– Не знаю. Для самого загадка. Он попросил позвонить сегодня, мы встретились, попили чаю, я рассказал, как падал с дерева, и минут через сорок меня отвезли на Красную площадь. Если что-нибудь понадобится, просил звонить. Дал вот телефон. Все.

– А как он тебе?

– По-моему, он не знает, чем заняться. Трудно составить мнение по одной короткой встрече, да и не моего уровня личность. Что можно сказать о людях такого масштаба, да еще с моей, сельской колокольни? Ничего, а потому я лучше промолчу.

– А почему ты оказался в Москве?

– Алексей Николаевич пригласил. Вчера мы виделись с ним второй раз. Я думаю, он хотел меня показать на Политбюро. Знаете, я часто выступаю в качестве диковинной зверушки. Все хотят со мной сфотографироваться, как с обезьянкой в цирке, – я отпил чай, и взял бутерброд с рыбой. Как-то до слез стало себя жалко. Бедный, я бедный!