– Надо говорить с ним завтра, чтобы он не успел взбаламутить весь ЦК. Что ему предложим?

– Так то, что ему Суслов предлагал, – создать внутрипартийный меч, в противовес Комитету. Пусть будет тройка: ты, он и я. Вполне устойчивая конфигурация получится.

– Ты хочешь, чтобы Пельше Комитет контролировал? – подался вперед Владимир Ефимович.

– А ты не хочешь? Только подумай прежде, чем отвечать первое, что приходит в голову. – вкрадчиво ответил Александр Николаевич.

За столом надолго повисла тишина.

– Нет, не понимаю плюсов от этого шага. Расшифруй! – наконец произнес Семичастный.

– Тебя заботит собственная безопасность и положение или контроль за организацией под названием КГБ? Ее ведь могут использовать в своих целях разные люди, начиная от наших лидеров и кончая всякими разведками. Ты уверен, что полностью контролируешь Комитет?

– Не уверен. Я, думаю, понял тебя. Тогда… как будет выстраиваться личная безопасность от всех тех, кто сможет использовать КГБ в своих целях?

– Сдержки и противовесы. Ты, я, еще кто-то – все могут друг другу насолить, но и помочь могут. Иными словами, помогать должно быть выгоднее, чем ввязываться в непредсказуемую войну. Примерно так строятся наши отношения. Без тебя я никто. Без меня ты слетишь с должности почти мгновенно, нет?

– Наверное, наверное…, - Семичастный сделал задумчивый глоток пива. – А что Косыгин?

– Он старался всегда держаться в стороне от партийных группировок. Сейчас он увлечен своими реформами, прям искры из глаз! Суслов, по сути, хотел подвинуть его с позиции отца и распорядителя реформ. Николаевич смахнул его, как надоевшего слепня. Силен, старик, старая школа, сейчас таких не производят. Собственно, Михаил тоже из таких, но заметно глупее, что ли. Он сидел, пока Косыгину, Громыко, Устинову не мешал. Эти ребята были ему не по зубам, а он забыл об этом. Короче, я так скажу. Пока мы помогаем ему делать реформы, он будет наш союзник, а в противном случае…

– Как-то не очень устойчиво. Ему тоже могут напеть в уши, только уже против нас…

– Мы к его уху, как минимум, всегда будем ближе, чем кто-то другой.

– Ну-у, – протянул Владимир Ефимович. – Давай, по сто водочки дунем? Что-то на сухую не заходит.

Выпили, закусили первоклассной классической квашеной капусткой, которую втихаря делает чья-то бабушка. Под такой разносол выпили еще и продолжили дела государственные, которые очень часто переплетались с личными.

– По поводу Косыгина… Ты слышал, он разворачивает свободную экономическую зону где-то в ленинградской области? – спросил Александр.