Вся белая Россия являла картину сплошного разврата, взяточничества и пьянства. «Глядя на эти сонмища негодяев, на этих разодетых барынь с бриллиантами, на этих вылощенных молодчиков, — пишет И. Наживин, — я чувствовал только одно: я молился: „Господи, пошли сюда большевиков, хоть на неделю, чтобы хотя среди ужасов чрезвычайки эти животные поняли, что они делают“».
Мольба эта была услышана. В своем донесении о занятии красными Киева, французский генерал Франше д’Эспере сообщал: «Город стал неузнаваем. Царившая там безумная вакханалия прекращена большевиками в 24 часа».
В 5-м томе очерков генерала Деникина помещен снимок: двор большого каменного здания. На земле в два длинных ряда сложены обнаженные трупы. Под снимком подпись: «Жертвы киевской чрезвычайки».
Неужели прав Ницше93, утверждавший, что изучение ужасных явлений неизменно приводит к вопросу, не представляют ли собой нечто ужасное те люди, которым эти явления приходится переживать?
93Чего хотели красные, когда они шли воевать?
Они хотели победить белых, и, окрепнув на этой победе, создать из нее фундамент для арочного строительства своей коммунистической государственности.
Чего хотели белые?
Они хотели победить красных. А потом? Потом — ничего, ибо только государственные младенцы могли не понимать, что силы, поддерживавшие здание старой государственности, уничтожены до основания, и что возможностей восстановить эти силы не имелось никаких.
Победа для красных была средством, для белых — целью, и при том — единственной, а потому и можно совершенно безошибочно ответить на вопрос, что было бы, если бы они эту победу одержали.
В стране появились бы бесчисленные организации, борющиеся между собой за кандидатов на престол, за Советы без большевиков, за Учредительное собрание и демократический режим, и еще за многое другое. Хозяйничали бы всякие разные батьки Махно, атаманы Семеновы, Петлюры, и просто разбойничьи банды. Все это, прикрываясь высокими лозунгами, грабило бы население, разрушало бы города, сметало бы артиллерийским огнем целые деревни, насиловало бы женщин, распространяло бы сыпной тиф и внесло бы невероятную разруху.
И страна представляла бы небывалую по эффекту и ужасу картину смерти нации.
Глава 6. Mene tekel fares
Глава 6. Mene tekel fares
I. Общественность и народ
I. Общественность и народ
Все века в жизни народа — это страницы одной и той же книги.
Значение русской общественности и народа в политической жизни государства. — Общественность и русские передовые люди
Когда весной 1917-го года глава Временного правительства адвокат Керенский, убеждая войска воевать, грозил, что вторгнувшийся неприятель отнимет у них землю, один из солдат ему ответил: «если будем наступать, все погибнем, а мертвому земля не нужна».