И еще один эпизод. Мы приехали поздней осенью с Сашей и Юрой и жили на Горе. В то время снимался фильм «Недопёсок», и Юре нужно было написать песню к фильму, и еще какой-то контракт у него был, так что Юра работал дома, а я-то уходил с утра на фотопоиск Он нервничал, с трудом оставался, потому что ему хотелось на охоту, да и вообще, когда что-то происходило без него, он всегда переживал. Тут выпал снег, рано стало темнеть, и я чувствую, что опаздываю к обычному времени, забрался далековато, а надо еще из леса выйти. Когда я подошел к краю леса, смотрю, уж Юра с горы спустился и встречает меня внизу. Ну, конечно, начинает ругать: «Ты что, с ума сошел, скоро уж совсем темно, а тебя все нет». Мы стали подниматься в гору, вдалеке, в окне нашего дома, светилась оставленная Юрой лампа. А кругом первый снег, и он такой голубой-голубой.

Когда выпадает первый снег, все очень меняется в природе и появляется новое внутреннее ощущение пейзажа. Тогда-то и родилась песня «Поднебесный снег», и он ее посвятил Саше и мне, потому что мы были в то время с ним на Горе. Она была не придумана, а пережита Юрой — это правда так и было в жизни.

Лёва Лебедев когда-то вдвоем с товарищем проплыл из Плещеева озера в Волгу и в этом путешествии открыл для себя Плутково. Ему так понравилась эта деревня, что он через какое-то время вернулся туда и купил дом. Не было асфальта, была грунтовая дорога, не было моста через Нерль. В Левин дом нам нравилось ездить. А потом Юра решил, что ему уже пора иметь свой дом. Он вообще хотел в каждой деревне иметь свой дом. Мы приходили в Чистый Дор, и Юре хотелось иметь дом в Чистом Доре, он договаривался о цене, узнавал, потом мы ехали в другую деревню, и Юре уже там хотелось иметь свой дом, потому что она была в лесу, вокруг на много километров не было жилья, а в следующей деревне было прекрасно охотиться, потому что вокруг сосновый и еловый бор, и Юре уже здесь хотелось иметь охотничью избушку, он договаривался о цене, и мы ехали дальше.

И тут уж Лёва сказал Юре: «Тебе надо купить дом в Плуткове». Берег Нерли и нетронутый лес рядом с тогда еще совсем необжитой деревней (дачников были единицы) соблазнили его, и он купил дом. Купив по дому, они напали на меня и сказали, что и мне пора. Но так как я был ленив и мне было приятнее жить у Лёвы, ходить на речку, собирать грибы, а не заниматься хозяйством, то они меня долго уговаривали, пока Юра не сказал, что он договорился с председателем. Лёва с Юрой пообещали сделать на повороте с шоссе в деревню знак «Колхоз „Дружба“», а председатель за это мне продавал дом. Тут уже ничего не оставалось делать, и мы с тех пор жили рядом.