Увы! Коротка человеческая память!

Помню, с каким восторгом в городском транспорте, на бульварах и скверах, в очередях за колбасой и туалетной бумагой люди делились друг с другом последними новостями: «Представляете, вдруг в середине киносеанса в зале зажигается свет, и люди в штатском начинают проверять у кинозрителей документы, и всех, кто ушел с работы или сбежал с лекций, выводят из кинотеатра и заставляют вернуться в свои учреждения и институты! А уж там начальство примет свои меры, накажет прогульщиков так, чтобы впредь неповадно было манкировать своими обязанностями!» – «Ну, наконец-то! Может, хоть он порядок в стране наведет!» – «Дай Бог сил и здоровья!» Не знаю, какими новыми репрессиями грозили нам подобные «проверки документов», может статься, бывший Председатель КГБ для лодырей и дармоедов открыл бы парочку специальных исправительных лагерей, но… Понимаю, грешно радоваться, когда человек болен, но, как это ни кощунственно звучит, нам крупно повезло, что именно здоровья товарищу Андропову не хватило. Не успел Юрий Владимирович осуществить все задуманное. Ведь на посту Генерального секретаря ЦК КПСС он пробыл недолго: всего 15 месяцев, из который не менее четверти срока провел на больничной койке, и 9 февраля 1984 года по радио опять зазвучал траурный марш Шопена.

Одна любопытная деталь: как признавался он сам, его матерью была Ева Карловна Флекенштейн – приемная дочь очень богатого еврея, выходца из Финляндии, который владел в Москве магазином «Ювелирные вещи», расположенным по адресу: Лубянка, 26. Та самая Лубянка, где и по сей день стоит мрачное здание КГБ и куда его внук каждый день ходил на работу долгих 15 лет… Удивительное совпадение!

* * *

В ноябре 1982 года нам с Аленкой предстояло еще одно серьезное испытание. Будучи беременной, она в спектакле «Так победим!» была назначена на роль секретаря Ленина Володичевой и даже успела несколько раз порепетировать с Калягиным и Ефремовым. Но сыграть спектакль в прошлом сезоне не смогла, потому что в пьесе Шатрова мы не нашли указаний на то, что секретарь Владимира Ильича ждет ребенка. И первая исполнительница этой роли Е. Проклова, понимая это, как говорится, «не возникала». Но теперь, когда Аленка родила, Проклова потребовала, чтобы в спектакле у нее появился дублер. Причем как можно скорее. Елена была востребованной актрисой, часто снималась в кино, поэтому вторая исполнительница была нужна ей как воздух. Режиссером по вводу Кондратовой был Н.Л. Скорик.

Пока они проходили сцены Володичевой, никаких проблем не возникало: Аленка репетировала, я сидел с Верушей. Но сложность нашего тогдашнего положения заключалась в том, что я тоже был занят в этом спектакле и прекрасно понимал, наступит момент, и нас обоих вызовут на репетицию. Как быть тогда? Куда девать дочку? Ни Алена, ни я понятия не имели. Признаюсь, в данном случае я проявил не свойственную мне беспечность: все время откладывал решение этого вопроса «на потом», полагая, что в трудную минуту Господь поможет нам и решение будет найдено. (С соседкой Валей в то время мы еще не подружились и оставить дочку у нее не могли.)