Так что в истории Художественного театра был короткий период, когда на работу являлись два директора: бывший и настоящий. Приказом министра культуры новым директором Художественного театра был назначен начальник Управления культуры Мосгорисполкома В.С. Ануров. Чтобы не раздражать Константина Алексеевича и не разжигать страсти, Виталию Семеновичу был выделен другой кабинет. Закончилось это противостояние довольно скоро: Ушаков, поняете, не выдержал нервного напряжения и слег с сердечным приступом. За время его болезни в дверь его кабинета врезали новый замок, а охране на служебном входе было дано распоряжение не пускать Константина Алексеевича в театр. Страна простилась с Брежневым, МХАТ – с Ушаковым.

Его перевод на пенсию был для меня очень некстати: нам с Аленкой позарез нужна была хоть какая-то жилплощадь, пусть даже крохотная комната в коммуналке. В любой момент Глеб мог заявить, что собирается жениться, и тогда… Тогда мы опять окажемся на улице. Пока не было Верочки, эта перспектива не слишком пугала, но с появлением дочери бездомная жизнь стала невозможна в принципе. Ушаков был в курсе наших проблем, с Ануровым надо было заново выстраивать отношения, а на это требовалось время, которого у меня не было. Я ломал голову, но ничего придумать не мог. Вы не представляете, как это ужасно – сознавать свое абсолютное бессилие. Это гадкое, темное чувство доводило меня до отчаяния.

И вдруг я случайно узнал, что театр получил от Моссовета три квартиры и на днях в местном комитете будет решаться, кто те счастливчики, которые сразу после Нового года станут обладателями своей жилплощади! Срочно написал заявление и кинулся в местком!.. Но оказалось – напрасно. Открытым текстом мне было сказано, что я даже заикаться не смею о том, чтобы одну из них театр предоставил нам. Тамара Алексеевна Байкова резонно заметила: «Вы же не стоите в очереди на получение жилплощади, поскольку не являетесь остро нуждающимися». Что верно, то верно. По документам мы с Леной были обеспечены жилплощадью. «В театре есть люди, которым действительно негде жить, у которых ни одного квадратного сантиметра нет. Так что рассчитывать вам, Сергей Глебович, не на что!» Я прорвался на прием к Анурову, который попросту не стал разговаривать со мной, заявив, что распределение жилплощади не входит в его компетенцию. Вот ведь какой парадокс: квадратных метров у нас с Леной много, а жить негде! Но объяснить это нашим бюрократам было невозможно. Все, от кого зависела наша судьба, в одночасье оглохли и отупели!