РЕСПОНДЕНТЫ ПОДДЕРЖАЛИ ИДЕЮ О ТОМ, ЧТО ПРАВИТЕЛЬСТВО ИМЕЕТ ПРАВО ЛИШАТЬ ГРАЖДАН ВЕЛИКОБРИТАНИИ ГРАЖДАНСТВА, ЕСЛИ ОНИ ПРИСОЕДИНЯЮТСЯ К ТЕРРОРИСТИЧЕСКИМ ГРУППАМ.

В ходе опроса респондентов не спрашивали, что бы они сделали, скажем, с Томасом Мейром, террористом, убившим члена парламента Джо Кокса, равно как и не спрашивали, в какую случайную, не желающую этого страну его следует депортировать.

О необходимости соблюдения закона некоторые даже и не задумывались. Бывший капитан сборной Англии по крикету и телеведущий Майкл Вон сообщил своим миллионам подписчиков в Твиттере, что «иногда законы и правила нужно нарушать» (47). Элисон Пирсон в газете The Telegraph согласилась: «Этой фанатично глупой молодой женщине… ни при каких обстоятельствах нельзя разрешать вернуться в Великобританию» (48). Крайне правые агитаторы в социальных сетях приветствовали мистера Джавида за «поддержку и защиту ЛОЯЛЬНЫХ британских граждан» от «религии мира»[120] (49). Для этих людей тот факт, что действия мистера Джавида, даже если бы они были законными, приводили к делению британских граждан на два лагеря, подвергая тех, чьи родители не были британцами, риску потери гражданства, никого просто не беспокоил.

Ни один из примеров, приведенных в этой главе, не рассчитан на то, чтобы вызвать сочувствие. Жадные банкиры, садисты-убийцы, предполагаемые сексуальные домогательства и сторонники терроризма – даже делая поправку на молодость или наивность, я не ожидаю, что многие из читателей заявят о своей симпатии к этим людям.

Тем не менее каждый из этих примеров, я надеюсь, показывает, как легко нас можно заставить согласиться или закрыть глаза на «особое отношение» к тем, кто, как нас уверяют, «не заслуживает» прав и справедливого правового процесса, которые предоставляются всем остальным. Хотя в каждом случае в прессе и политических кругах присутствовали активные элементы, выступающие в защиту верховенства закона, то, что доминирующая позиция отстаивалась с такой уверенностью, боюсь, является тревожным свидетельством нашей склонности к инстинктивному одобрению действий, которые подменяют принцип верховенства закона судом общественного мнения.

И снова нам незаметно навязывают ложную идею о том, что все эти проблемы касаются только других людей. Но это не так. Если принцип равенства каждого перед законом может быть нарушен для них, то он может быть нарушен и для вас. Верховенство закона – это как игра в гигантскую Дженгу. Вы можете дернуть из системы отдельные случаи один, может быть, два раза, и при этом конструкция продолжит вертикально стоять. Только вот с каждым убранным бруском ее фундамент будет становиться все менее устойчивым. И вам уж точно не захочется стоять под ней, когда она рухнет.