Чуковский снова возвращается к делу Белинкова в дневнике за 1964 год, отмечая: «Белинкова били и истязали в лагере – он вернулся оттуда полутрупом. Сколько я знаю его, он всегда на пороге смерти. Страданиям его нет конца: легкие, сердце, желудок – все искалечено, изуродовано»[167].
И все же Аркадий Викторович благодаря жене и друзьям сумел написать две книги и много статей.
Он принимал нас в своей квартире на Малой Грузинской улице, полулежа; все, что он говорил, было для нас чрезвычайно интересно, у него был желчный характер и острый язык. Его жена Наташа, верная помощница во всем, суетилась по дому. Как раз вышло второе издание его книги о Тынянове. Оксман написал нам об этом событии в письме от 13 мая 1966 года: «Дошло ли до Вас второе изд. книги А. Белинкова „Юрий Тынянов”. На редкость боевая книга. Совсем не похожа на первое издание; у нас ее достать невозможно, она распродана была в полчаса».
Дело в том, о чем прекрасно был осведомлен Оксман, что редактор книги вместе с Левой Шубиным, талантливым автором и сотрудником издательства «Советский писатель», специалистом по Андрею Платонову, разделявшим взгляды Белинкова, ввел в текст все места, вычеркнутые цензурой в первом издании, перефразируя их и никак не меняя их смысла. Несмотря на многочисленные дополнения и вопреки правилам, существующим при последующих изданиях, редактор и секретарь не отправили книгу на проверку (поэтому сотрудники Гослита ничего не знали о внесенных изменениях). Книга вышла из печати в том виде, в каком она была написана, и стала настоящей сенсацией. Мы прочли ее на одном дыхании.
Аркадий был известен в среде оппозиционной интеллигенции. К нему несколько раз без предупреждения приходил Солженицын. Натан Эйдельман записал их разговор: «Около 20/Х. Солженицын посетил Аркадия Белинкова. – Как Вам удалось это напечатать? – Нет, как Вам удалось? Далее – несколько часов лагерных воспоминаний. Солж молод, весел. У обоих был один следователь…»[168]. Натан часто вспоминал Аркадия, отмечал упоминания о совместных встречах и подчеркивал, как многим он ему обязан. Согласно записи Натана «Аркадий Белинков интересуется теми, кто на него донес – „социологически” – без специфического личного зла. Последнее словом не ограничивалось – и при трех членах военного трибунала и двух часовых – Белинков 6 часов речь держал и усугубил приговор»[169].
Долгое время он работал над монографией о Юрии Олеше. Текст был почти готов. Материалы собирали для него все его друзья, поскольку он по состоянию здоровья не мог сидеть в библиотеке. 7 июля 1967 года Юлиан Григорьевич сообщал нам в обширном письме: «Белинковы живут на даче. Аркадий болеет и нервничает, а Наташа работает за троих. Перспектив на издание книги об Олеше нет никаких». Фактически, это был настоящий памфлет, изобличавший как позицию самого писателя, так и реальность, в которой ему пришлось существовать. Удалось опубликовать только два фрагмента в журнале «Байкал» (1968, № 1–2). Редакции, естественно, позже пришлось пережить, мягко говоря, определенные трудности. Мы получили оба номера во время следующей встречи.