«Стены… оклеены обоями в ярко-красную полоску. Трюмо и шезлонг. На туалетном столике по порядку разложено множество заточенных стилетообразных ножей. Он ждет меня, пылая от гнева»*[354]. После того как гнев исчерпался, Нижинский вернулся в зал и, вспрыгивая на сцену, чтобы поправить движения танцора, упал и вывихнул лодыжку. После сделанного в клинике рентгена стало ясно: он выбыл из строя на несколько недель.

Воцарилась неразбериха. Репетиции «Тиля» продолжались, но премьера была отложена. Нижинскому сказали, что он сможет танцевать в течение гастролей, но, по-видимому, не в Нью-Йорке. От идеи постановки «Мефисто-вальса», для которого Джонс подготовил эскизы, пришлось отказаться.

Анна Павлова прислала Вацлаву цветы. Вместе со своей труппой она выступала в «Ипподроме» в «Большом шоу» Чарлза Диллингема: это был пятимесячный ангажемент, заключенный, по большей части, с целью выплаты долгов, где она танцевала в сокращенном варианте «Спящей красавицы», представленном в программе между грандиозным варьете при участии четырехсот певцов и учащихся Уэст-Пойнта и Балетом на льду — «драгоценный камень в дешевой оправе», по выражению одного критика. Со временем длительность ее балета все более и более сокращалась — в итоге до восемнадцати минут, — а костюмы Бакста (эскизы некоторых из них были использованы Дягилевым пять лет спустя) расшили блестками, чтобы они могли соперничать с блеском других номеров. Присутствие и Айседоры, и Нижинского в это время в Нью-Йорке ухудшало положение дел Павловой, поэтому, когда Ромола сказала ей, что Вацлав не сломал ногу, а только вывихнул лодыжку, «ее голос упал, словно она была разочарована услышанным». Ее можно понять.

Сезон открылся 16 октября без Нижинского, чье отсутствие сказалось на кассовых сборах. Репертуар был прежним, только «Нарцисс», «Жар-птица», «Павильон Армиды» и «Ночное солнце» были заменены «Бабочками», «Садко» в постановке Больма и «Тилем Уленшпигелем». В «Сильфидах» танцевали Лопухова, Соколова, Василевская и Гаврилов; Софья Пфланц и Больм солировали в «Половецких плясках»; Реваль вновь выступила в ролях Зобеиды и Клеопатры (которые в Испании танцевала Чернышева) с Больмом в партиях Амуна и Негра и Соколовой, исполнявшей Таор, а «Призрак розы» опять показали с участием Лопуховой и Гаврилова. В «Карнавале» Гаврилов танцевал Арлекина, Лопухова — Коломбину, Пфланц — Киарину, Соколова — Бабочку, Больм — Пьеро, Зверев — Эвсебия, Кремнев — Панталоне, а роль Флорестана получил новичок Мечислав Пьяновский. Лопухова, Соколова и Больм исполняли ведущие партии в балете «Бабочки», премьера которого планировалась в конце первой недели, но из-за болезни Лопуховой была отложена до первого показа «Тиля Уленшпигеля». Теперь его премьера должна была состояться в понедельник, 23 октября. Единственным новым балетом, показанным в первую неделю сезона, стал «Садко» с балетмейстером в главной роли.