Помолчав, Мартин тихо усмехнулся:

– Смутно что-то припоминаю. – Он делал по двести операций в год. – Обычно те, кто проходит несложный послеоперационный курс, легко забываются.

Тогда я назвала ему дату операции, он проверил в компьютере и вспомнил.

С девочкой все было хорошо, но всю оставшуюся жизнь она будет под неусыпным наблюдением.

* * *

Для меня Кейт Кросс навсегда останется «Мисс Кросс».

Мне казалось, что когда-то мы подробно объяснили Джоэлу все об операциях, но однажды, когда ему было семь лет и мы собирались в школу, он спросил меня:

– Что такое операция?

– Это когда доктор, который называется хирург, открывает твое тело, чтобы исправить неполадку в нем, – ответила я.

– Как он открывает тело? – уточнил Джоэл.

– Ну, – начала я, – сперва тебя усыпляют, чтобы ты ничего не почувствовал. А потом… Он режет тело.

– Чем?

– Хм… Скальпелями… И снова зашивает тебя.

– Чем? – повторил Джоэл, не веря мне.

– Специальными нитками.

Сын по-прежнему смотрел на меня так, будто я рассказывала ему сказку, тогда я предложила взглянуть на его грудь. После операции прошло три года. На месте разреза виднелся белый шрам длиной в несколько сантиметров.

– Они разрезали твою грудь и починили сердце.

Ему не верилось, а я вдруг поняла кое-что.

– То есть до этого ты не знал, что такое операция? – спросила я.

– Нет.