Попов, начальник радиоцентра в Амдерме, наверное, и так уж переволновался за нас, жалея, что выпустил катер в такую непогодь. Но что поделаешь, кроме почты, на борту — баллон кислорода, который надо во что бы то ни стало завезти на тот берег пролива, на полярную станцию, — там готовятся к зимовке. И, стало быть, надо ждать погоды, к тому берегу сейчас не подойти: сильный накат.

— Позагораем, — сказал Иван Николаевич, оглядывая горизонт, — северо-западный задул.

Бегуна задержка не радовала. Он собирался в отпуск и Николая Ивановича сагитировал. Уже заказаны места на самолет и по телеграфу дано указание родным и знакомым приобрести билеты в «Современник», сколько удастся, на все спектакли. И вот на́ тебе — здесь просидишь да еще на полярке увязнешь. Со здешней осенью не шути.

А мне, по правде сказать, хотелось побыть на острове, посмотреть здешние места. Когда еще выберешься на Север!

Три дня, пока не стихло море, жили мы в просторной избе бригадира Захара Елиферовича Рочева. И странное дело, бескрайняя тундра с ржавыми ручьями, петлявшими по вечной мерзлоте, холмы в синих колокольчиках, издававших тонкий дурманящий запах, сам поселок Варнек с его бесчисленными собаками, тоскующими по зимней упряжке, уже казались привычными, словно живу здесь давным-давно.

Поселок принадлежал большому колхозу, расположенному далеко отсюда, в Каратайке. А здесь был островной Совет, которым руководила маленькая расторопная ненка Басса Тайбарей, пребывавшая в вечных хозяйственных хлопотах. Если что не ладилось, она немедленно связывалась по радио с центральной усадьбой колхоза.

Местные плотники вылавливали из моря прибитый волной аварийный лес — благоустраивали поселок. Даже не верилось, что ненцы, веками кочевавшие за оленями, жившие в дымных чумах, с рязанской сноровкой рубят такие добротные избы.

Востроглазая Нина Фролова — киномеханик — каждый вечер крутила фильмы, зрители с малыми ребятишками в точности так же, как в любой деревне страны, с замираньем следили за лентой и, может быть, тем лишь отличались от своих среднерусских собратьев, что терпеливо сносили частые обрывы — уважали труд еще неопытного механика.

А в магазине продавец Домна бойко и очень вежливо обслуживала ненцев-покупателей и, если у кого кончались деньги, давала в долг: верила — не обманут.

Здесь так же, как везде, любят и нянчат детишек, а в случае болезни идут на медпункт к медсестре Шуре. И Шура делает все, что может, а если чего не умеет, вызывает из республиканского центра вертолет с врачом.

Да, именно люди, близкие тебе своим привычным трудом, заботами, радостями, сделали мир обжитым, знакомым, оставаясь сами по себе неповторимо интересными.