При этом кабинет министров вслед за предыдущим правительством был вынужден также оперативно реагировать на быстро менявшиеся политические условия. Следствием этого стало то, что не удалось подготовить полноценный государственный бюджет на 1861 год, и правительство функционировало в режиме временного бюджета с постоянно растущим дефицитом. Финансовое положение Италии было крайне тяжелым.

В этот момент важнейшую роль сыграл новый министр финансов, банкир из Ливорно Пьетро Басточи. «Басточи, — говорит Ромео, — был убежден, что государственные доходы в ближайшее время начнут увеличиваться благодаря более интенсивной хозяйственной деятельности, вызванной снижением таможенных пошлин, „новыми политическими условиями и кредитными учреждениями, которые упростят обращение всех ценностей, ускорят развитие всех видов общественных работ, улучшат транспорт и связь, предоставят промышленности и торговле эффективные средства для развития, что поспособствует росту потребления и увеличению доходов от налогов“»[543].

Эти воззрения Басточи полностью отвечали взглядам Кавура, убежденного в том, что «окончательное освобождение» Италии «зависит не только от количества солдат, но и от количества миллионов, которыми она может распоряжаться»[544].

В это время Кавур несколько раз возвращался к мысли сменить портфель министра иностранных дел на министра финансов, и присутствие в его команде столь яркой личности, как Басточи, стало мощным стабилизирующим фактором. Кавур был в курсе дел в финансово-экономической сфере, и шаги Басточи несомненно получили одобрение главы правительства. Поэтому многие направления экономической и финансовой политики, какие реализовывались в Италии в последующие годы, были разработаны еще в период работы правительства Кавура.

При этом общему укреплению итальянской экономики в немаловажной степени содействовал рост европейской деловой активности и мировой экономики в целом. Стремительное развитие торговли промышленно развитых государств в обширном регионе от Атлантики до Центральной Европы и от Южной Европы до Ближнего Востока благоприятствовало экономике Италии. Последовавшее открытие Суэцкого канала и прогресс в развитии парового судоходства еще больше подстегнул деловые связи между Европой и Востоком.

Италия (в том числе и ее южные регионы) оказалась вовлечена в этот процесс и постепенно стала играть значимую роль. Морской транспорт получил мощный импульс для развития. Через несколько десятилетий итальянский военно-морской и торговый флот занял одно из ведущих мест в Средиземноморском бассейне.