Я пробормотала:
— Ты вправду считаешь, что это возможно?
— Как же ты не понимаешь! Всего-то и нужно изменить форму носа с помощью пластического хирурга, а дальше требуется только правильно выставить свет и сделать нужный грим — так это несложно…
Жизненный опыт научил меня, что не имеет смысла упорствовать, настаивая на своем мнении. Я видела на своем веку немало тех, кто был абсолютно убежден в том же самом, что для завоевания мира требуется лишь пройти кинопробы. Положить конец подобным дурацким фантазиям могло только исключительно безжалостное, беспристрастное решение специалистов киноиндустрии.
Сила наивной уверенности Альберто в своем великом будущем в качестве киноартиста была столь велика, что отныне ничто не могло уберечь его от неизбежного, ужасного разочарования. Он ушел от меня, ни на йоту не усомнившись в своей правоте, несмотря на все, что я ему говорила. После этого он не появлялся у меня больше недели, и я, забеспокоившись, что с ним могло случиться, стала расспрашивать всех про него и узнала, что он все же исполнил свое намерение — сделал пластическую операцию носа…
Я не виделась с ним, пока не удалили бинты. Операция мало изменила форму его носа, и еще меньше удалось улучшить внешность Альберто. Он был страшно расстроен результатами кинопроб, которые были сделаны еще до операции, так как они оказались именно такими, как я и предполагала — катастрофически плохими. Впав в отчаяние, Альберто спрашивал меня:
— Что же мне теперь делать? Я потратил на эту операцию все деньги, до последнего пенни, и ничего не получилось!
Я постаралась высказаться более или менее оптимистично насчет его будущего, чтобы вселить в него надежду:
— С твоим образованием да с твоим опытом мы наверняка найдем тебе здесь работу, может, в банке или на какой-нибудь киностудии, в бухгалтерии.
— А до тех пор на что мне жить?
— Я помогу тебе.
— А вдруг я не смогу вернуть тебе эти деньги?
— Давай разберемся с этим после того, как будут урегулированы все вопросы с наследством.
— Как же, наследство… — горько буркнул он. — Когда будут погашены все долги, от него ничего не останется.
— В таком случае тебе не придется отдавать мне долг. По той сумме, что я тебе дам, не будет никаких обязательств. Эти деньги как бы принадлежат Руди.
Дело было в том, что моя секретарша обнаружила долговую расписку Руди на сумму в пятнадцать тысяч долларов, и мои юристы настаивали, чтобы я подала иск о возвращении этой суммы в ходе оформления наследства, однако я противилась этому. Я же не давала эти деньги в долг, вот и не хотела возврата этой суммы, ни в каком виде. Однако трудное положение, в каком оказался Альберто, заставило меня последовать совету юристов, чтобы затем передать ему эту сумму. Имущество, оставшееся после смерти Руди, находилось в таком юридическом беспорядке, что мое решение стало единственной возможностью для Альберто получить хотя бы немногое в качестве наследства. У этой истории был счастливый конец. Полученная сумма позволила Альберто вызвать семью в Америку, и все они смогли просуществовать на нее до тех пор, пока он не нашел место бухгалтера на киностудии