— Представь себе мои ощущения. Редкий случай: сегодня Селезнёв сам ведет номер, будет у себя в кабинете вечером. Лепский говорит: «А пропуска?! Как ты всех гостей пропустишь?»

Вдруг звонок Лепскому снизу: «Тут к вам люди голые, детей до потолка кидают, мужики по пояс обнажены, бабы грудью кормят младенцев. И дети голые ходят, писают везде».

Лепский говорит мне: «Гена, срочно спускайся вниз, к милиционеру». Я спускаюсь. Прибыла группа поддержки — человек 35, это у которых дети уже родились под водой. Я в ужасе смотрю. Говорю охраннику: «Давайте срочно пропускать. Пока мы пропуска будем выписывать, они вам тут всё обо…ут». Потому что вижу, что один ребенок залез на какой-то крючок и сверху писает в журнал учета этому милиционеру.

Он срочно пропускает всех. Пока лифт загружали, пока поднялись на шестой этаж, развернули тот бассейн и включили Гавайские острова — заходит Селезнёв. В это время одну женщину уже раздели, за ноги и за руки тащат в бассейн. А рядом сидят запасные беременные.

Селезнёв как ни в чем не бывало внимательно смотрит. Потом смотрит на меня. Я отстраненно смотрю на бассейн. Селезнёв говорит: «Зайди ко мне». Мы идем по коридору. Он молчит, и я молчу.

Входим в кабинет. Он медленно говорит: «Скажи, что там происходит? Мне уже звонили из КГБ». Я ему рассказываю. «Кто приехал?» — спрашивает он. «Это главный врач государственного роддома» и называю фамилию. «Ты знаешь, что он аферист?»

Я отвечаю: «Ну, они все умные люди… Неожиданные методики…» — «И что, ты поддерживаешь?» Я говорю: «Они не социальные изобретатели, это просто сумасшедшие». — «А, так всё-таки сумасшедшие? Лепский знает?» — «Знает». — «Только не пишите, что кто-то в редакции родил кого-то. Слушай, а может, не надо, чтобы она родила у нас?»

Мне удалось сделать так, чтобы наша гостья разродилась не здесь. Сеанс связи с Гавайями разрешили, всё получилось красиво. Но ребенок потом, через несколько часов, родился всё-таки в роддоме.

— А еще и открытие Берингова пролива! — продолжает Геннадий Петрович. — Сталин в 1949 году его закрыл. Эскимосы из Сибири и с Аляски не могли общаться друг с другом. Раньше они преодолевали расстояние между островами Малый Диомид (американский остров Крузенштерна) и Большой Диомид (наш остров Ратманова) на лодке, это примерно четыре километра. А потом, после запрета Сталина, чукчам приходилось три дня из одного конца в другой лететь. Сначала в бухту Провидения спуститься, из Провидения в Москву, из Москвы лететь в Нью-Йорк, из Нью-Йорка на Аляску. Кругосветное путешествие, и сколько на него денег надо! А так — пара морских миль на лодке.