Сын уважаемого машиниста со станции Грязи, учитель русского языка и литературы после окончания Воронежского университета, молодой директор восьмилетней школы в селе Племянниково Лев-Толстовского района Липецкой области, Саша быстро стал не только журналистом в Липецке, но и очень скоро собкором «Комсомольской правды» в одной из самых красивых зон — в Алтайском крае. Самородок, не иначе, вовремя замеченный и отшлифованный талант. Александру не было и 30, когда Селезнёв перевел его в Москву.

В 1984 году, незадолго до первомайского праздника, нам с Афанасьевым как двум новым руководителям отделов вручили в «Комсомолке» по пригласительному билету на два лица на празднование Дня международной солидарности трудящихся на Красной площади. И Саша, и я взяли с собой не жену и мужа соответственно, а малых детей: я — сына Дениса, он — дочку Катю.

Места оказались стоячие. Мы вскочили на деревянные, специально сколоченные к празднику трибуны, которые плотники поставили не рядом с Мавзолеем Ленина, а напротив, вдоль здания ГУМа, и стали наблюдать. Сразу же бросилась в глаза огромная разница между колоннами стремительно идущих по замощенной булыжником площади молодых, улыбающихся демонстрантов с флагами, флажками, цветами, связками разноцветных воздушных шаров, с детьми, сидящими на плечах отцов, и той сутулой правящей командой, что стояла на мавзолейной трибуне. Теми глубокими стариками, которые руководили сильно подросшим после войны и смерти Сталина обществом СССР. Особенно — до жути, до холодка в спине страшно было за Константина Устиновича Черненко, генерального секретаря ЦК КПСС. Возникло впечатление, что пиджак надет на очень худой манекен. Затем появилось ощущение, что генсек не стоит, как все остальные, глядя на потоки москвичей-демонстрантов, а вроде как сидит на очень высоком табурете, какие устанавливаются в барах у стойки, только не на табурете, конечно, — упал бы, а на высоком стуле со спинкой. Какая сила удерживала его на этом хлипком троне? Почему никто не захотел пожалеть немощного человека, а заодно и сильную страну, идущую в колоннах перед ним?..

Впрочем, теперь мне гораздо приятнее вспомнить совсем другое: как познакомились, представившись друг другу в тот яркий день, два заведующих отделом культуры «Комсомолки»: тогдашний — 30-летний Александр Афанасьев и будущий — мой шестилетний сын, ныне (уже много лет спустя после заведования) спецкор «КП» Денис Корсаков.

Саша Афанасьев недолго, впрочем, руководил отделом культуры. Освободилось место заведующего отделом рабочей молодежи, и Г. Н. Селезнёв немедленно перевел его туда. Но было очевидно, что Сашу куда больше привлекает индивидуальное творчество. С началом «гласности и ускорения» перед ним разлилось безграничное море свободы.