21.2.1943

Вечером в театре «Одеон» на «Свадьбе Фигаро». Потерянный вечер. Это было все, что угодно, только не театр. Ярмарочный балаган. Декорации, костюмы, игра — все ниже нуля. Было интересно только одно: почему Фигаро, вместо того чтобы быть ловким и хитрым, был фамильярным хамом. Более того: очевидно, что это не особенности игры, а характер актера. Фигаро был естественным, он был до мозга костей естественным во всех сценах с графом. Он олицетворял революционную чернь, позволявшую людям выше ее испытывать такое наслаждение от свободы, равенства и братства. Выше по рождению? Нет, по культуре. Он был Фигаро Республики, а не Фигаро рококо. Между Фигаро и публикой, публикой и Фигаро ощущались узы тесной дружбы. Было похоже, что все, что говорит Фигаро, по-прежнему справедливо для местной толпы. Каждая boutade[684] Фигаро, тонкая, резкая, была преднамеренно грубой, вульгарной, пошлой. Это был мятежный республиканский хам, продукт неудачной революции, к всеобщему удовлетворению. Порой мне кажется, что революция, вместо того чтобы подталкивать их вперед, не только не отступила, но, что намного хуже, просто не задержала. Иногда создается впечатление, что как они встряхнулись 14 июля 1789 года, так до сих пор трясутся, в том же месте, на том же уровне.

В России торжественно отмечается 25-летие Красной армии. Люди не знают, что думать о России благодаря английской и американской пропаганде. Пичкают ее, как откармливаемого гуся, и еще ее пропагандируют. Современное варварство, и ничего с этим не поделаешь. Хотя я никогда не оспариваю прогресс России в материальном плане, в то же время считаю, что ее духовный прогресс невелик, если он вообще есть.

К. читает газеты и журналы, я — книги. Каждое утро, встретившись за столом на сцене актового зала мэрии Шатильон-су-Баньё, мы делаем обзор ситуации. К. сказал мне сегодня: «Пан Анджей, если бы в Лондоне были адекватные люди, то, вместо того чтобы готовиться к возвращению, они бы уже сейчас занялись созданием сильной и сплоченной эмигрантской организации». Иногда приезжает П., инженер и философ. Говорит тихо и размеренно. «Так что, вы думаете, что англичане и американцы позволят России дойти до центра Европы?» Улыбается. «Позволят. Не будем питать иллюзий. Будут ждать, пока умрет Сталин, а потом — увидят».

22.2.1943

Английский король подарил Сталинграду наградной (церемониальный) меч. Еще один отличный фильм «Pontcarral Colonel d’Empire»^{11}. Он идет уже с осени, но сначала нельзя было достать билетов. А я всегда, когда смогу, избегаю стоять в каких-либо очередях. Очередь — один из самых надежных способов подавить самостоятельное мышление у человека. Я становлюсь в очередь и сразу чувствую себя la bête humaine lampante[685], превращаюсь в амебу, в планктон, которому все равно, который готов позволить всё, в котором душа коллективизируется и становится как в колхозе: я теряю ощущение себя, и, наконец, когда после долгого стояния я получу какой-нибудь объедок, мне кажется, что мир прекрасен и все не так плохо. После с таким оптимистом можно делать что угодно. Это тоже метод, и довольно умный. Очередью подавляют людей, как на следственном допросе.