Летом 1913-го Давид Бурлюк готовил к печати сразу три футуристических сборника: «Дохлая луна», «Затычка» и «Молоко кобылиц». Как раз во время появления на свет Додика «в Херсон получился из Каховки ящик с 500 экземплярами 1-й “Дохлой луны”. А когда Маруся ещё лежала после родов в постели, на её кровати сушились ручные офорты “Молока кобылиц”, к печатанию коего сборника только приступили. Начали печатать “Затычку”. Мной были приготовлены к печати и сданы в набор этой же осенью: Хлебников. Творения. I-й и II-й тома. Всё это печаталось в Херсоне», — вспоминал Бурлюк.

С датами выхода из печати этих сборников, которые были обозначены как сборники футуристов «Гилея», произошла путаница. «Затычка» со стихами Давида и Николая Бурлюков и Велимира Хлебникова, хоть и была отпечатана позже «Дохлой луны», раньше прошла цензуру и раньше поступила в продажу. Именно в «Затычке» Бурлюк стал шрифтом выделять в стихотворениях «лейт-слова» — и это станет началом «типографского» футуризма, который вскоре доведёт до совершенства Василий Каменский.

Сборник «Дохлая луна» был отпечатан в Каховке ещё в августе, но долго проходил цензуру — Бурлюк писал Матюшину, что его «рвут». Он был зарегистрирован «Книжной летописью» только 1–8 января 1914 года. При подготовке сборника Бурлюк писал Маяковскому: «Милый и славный Владимир Владимирович! По получении сего письма прошу — умоляю!!! Выслать — сей день же!!! Стихи Ваши… Уже всё готово для печати и только жду Ваших стихов. Садитесь, пожалуйста, если Вы сколько-нибудь помните о моём существовании и что осенью приеду в Москву — пишите-перепишите и, не откладывая, сей день отправляйте мне». Письмо в очень характерном для Бурлюка стиле! Спустя два года после знакомства они с Маяковским ещё на «вы».

В сборнике «единственных футуристов мира» были опубликованы стихотворения Лившица, Кручёных, Маяковского, самого Давида Бурлюка, стихи и проза Велимира Хлебникова и Николая Бурлюка. Открывала сборник теоретическая статья Бенедикта Лившица. Что касается «Молока кобылиц», то он и вовсе зарегистрирован в «Книжной летописи» в феврале 1914-го и включал в себя, помимо стихотворений Давида, Николая Бурлюков, Лившица и Хлебникова ещё стихи Василия Каменского и даже Игоря Северянина.

Лето 1913-го было последним, проведенным семьёй Бурлюков в Чернянке. После третьего удара Давид Фёдорович уже не смог работать. Марианна вспоминала, что управляющий имениями графа Мордвинова, Измаильский, выплатил ему 10 тысяч рублей отступных, что позволило вскоре купить усадьбу в подмосковном Михалёве. Кроме этого, детям Давида Фёдоровича несколько лет выплачивали стипендии — девушкам по 50 рублей в месяц, юношам по 40 рублей. Стипендию в течение года получал даже Давид.