На сайтах Центров, также на русском и английском языках, размещалась информация о текущих проектах и о фактических результатах ранее реализованных проектов. Информация обновлялась регулярно. Было довольно много посетителей, как русской, так и английской версии.

Все иностранные специалисты могли знакомиться с тем, что происходит с энергоэффективностью в России, какими конкретными проектами мы занимаемся. О нашей совместной работе были информированы все заинтересованные лица не только в России, но и в странах Северной Европы. И это было очень важно для тех, кто выделял финансирование на эту деятельность.

Не всё благостно складывалось во взаимоотношениях в регионе. Начальником Государственной Жилищной Инспекции Мурманской области был Ю. Г. Дунин. Он контактировал с TACIS, программой Европейского Союза по содействию ускорению процесса экономических реформ в СНГ. В рамках этого сотрудничества была разработана Программа Энергосбережения Мурманской области с громким названием «50 на 50», предполагающая снижение теплопотребления на 50 %. Ознакомившись с этим документом, я заметил, что разработчики «Программы» включили в сводную таблицу мероприятия, которые совместно позволяли сэкономить более 100 % потребления! Профессионализм был налицо (при подготовке этой книги я выяснил, что Дунин был специалистом по судовым силовым установкам). Вскоре мне довелось вплотную ознакомиться с основным проектом этой «Программы».

Под эгидой TACIS и за их деньги, финская компания «Планора» в 1997 году выполнила анализ системы централизованного теплоснабжения города Снежногорска. Они провели предпроектные исследования реконструкции котельных, тепловых пунктов и сети централизованного теплоснабжения. В рамках проекта предлагалось объединить две городские котельные, установить теплосчётчики и автоматизированные тепловые пункты в зданиях. За счёт этих мер, в соответствии с «Программой», планировалось снизить энергопотребление на 50 %. В 1998 году финны выполнили проектирование. А в 1999 году обеспечили авторский контроль процесса монтажа теплосчётчиков в 126 зданиях. Эту часть проекта финансировала NEFCO. Она поручила представителям НГЭЭ ознакомиться с ситуацией на месте и подготовить отчёт о фактически выполненных работах и их качестве. Но, Снежногорск был закрытым городом, поскольку там располагался судоремонтный завод «Нерпа», занимающийся ремонтом и утилизацией атомных подводных лодок. Норвежцу, как представителю страны НАТО, доступ туда оказался закрыт. Поэтому, норвежский коллега попросил меня ознакомиться с проектом и посетить город. При рассмотрении проекта меня поразила величина потерь в тепловых сетях, насчитанная финскими специалистами. Они их определили в размере больше тридцати процентов. Когда я приехал в город и стал знакомиться с отчётами теплоснабжающей организации, я заметил, что ещё до начала проекта была выведена из эксплуатации старая котельная, и город уже получил экономию топлива. Но, эта, уже достигнутая ранее экономия, как бы не замечалась, а относилась к достижениям нового проекта. За базовое значение потребления топлива взяли более ранние данные, а не те, что соответствовали началу проекта. Это была подтасовка данных. Но, к этому ещё можно было отнестись с пониманием, считая, что проект начали раньше, чем он был включён в «Программу». Самое интересное выяснилось после посещения объектов. Я прошёлся по городку, он был очень компактным, с населением около 15 тысяч человек. Тепловые сети не протяжённые, во многих местах были проложены на поверхности. Подземные участки никак не информировали об утечках. Грунт скалистый, и любая утечка сразу бы вышла наружу. Тепловые потери в сетях никак не могли превышать 5–6 процентов. Я затребовал информацию о тепловых нагрузках зданий и проектную документацию финских специалистов. Сравнив документы, я понял, откуда у финнов взялись 30 % потерь. Оказывается, финские энергетики, не уяснив особенностей российской системы теплоснабжения, за тепловые потери приняли расход тепла и воды на нужды горячего водоснабжения. Они увидели, что в котельную возвращается меньше теплоносителя, чем отправлено, и посчитали, что это потери. На самом деле они впервые встретились с тем, что в России бывают «открытые» системы теплоснабжения, горячее водоснабжение в которых производится путём подачи горячей воды потребителю непосредственно из теплотрассы. В Финляндии таких систем нет. Там горячая вода подаётся в дом из водопровода холодной воды, которая нагревается в теплообменнике на вводе в здание. В котельные возвращается практически столько же воды, сколько и отправлено. В России во многих городах такие же системы, но, в районах Крайнего Севера и Санкт-Петербурге применялись «открытые» системы. Итак, откуда взялась экономия тепла в размере 50 %, стало понятно. Это не эффект от разработанных мероприятий, а неправильная работа с исходными данными и непонимание модернизируемого объекта. После осмотра котельных и тепловых сетей, я посетил несколько тепловых пунктов. Здесь меня ожидал очередной сюрприз. Не поняв, что в Снежногорске горячая вода разбирается из тепловой сети, финские специалисты закупили и установили теплосчётчики для «закрытых» систем, такие же какие применялись в Финляндии. Для учёта потребления тепла был установлен только один расходомер на подающем трубопроводе. Но, в наших домах требовалось устанавливать два расходомера, на входе и выходе из здания, поскольку расходы воды были разные. Нужен был и другой тепловычислитель. Вдобавок ко всему, при монтаже расходомеров были допущены грубейшие нарушения. Их установили прямо за задвижкой, что было запрещено. Нужно было до расходомера иметь прямолинейный участок трубы. Я затребовал паспорт на расходомеры и показал присутствующим специалистам правильную схему установки расходомеров. В общем, огромные деньги были потрачены впустую. Требовалось либо полностью заменять системы учёта тепла на другой тип, соответствующий реальной ситуации. Либо устанавливать ещё по одному такому же комплекту в каждое здание, но в соответствии с инструкцией. Я ещё мог понять финских специалистов, которые не осознали особенности российской системы теплоснабжения. Но, мне было совершенно не понятно, куда смотрели специалисты Снежногорска и команда Дунина. Похоже, все они были такими же «специалистами» в теплоснабжении, как и сам начальник. После обследования объектов я был приглашён к Главе Администрации Снежногорска, чтобы поделиться своими впечатлениями. Судя по всему, это был отставной офицер, отслуживший свой срок на подводном флоте. Он был очень доволен тем, что в город удалось привлечь подобный проект с иностранным финансированием. Это был первый масштабный проект в области, чем Глава, естественно, гордился. Он по-армейски сразу поинтересовался «свой я или не свой», имея в виду, дам ли я хорошую оценку проделанной работе, как проверяющий. К сожалению, я его серьёзно разочаровал, объяснив реальную ситуацию.