При вылете из СССР Бэлу внесли в самолёт на носилках. Их третья сестра Соня дожила в Нью-Йорке с дочерью и внуком-пианистом до 97 лет и почти до самой смерти писала маслом и акварелью пейзажи и портреты, которые украшают стены еврейского центра для пожилых людей. И это притом, что родители Любы, Сони, и Бэлы умерли в Москве в возрасте 64 и 66 лет. Я думаю, что это и есть сравнительная характеристика качества жизни и медицины в США и России.

Эпизод 4. Гэбэшная ложь

Эпизод 4. Гэбэшная ложь

Странный казус случился через четыре месяца после отъезда ЛА из СССР. Как-то раз я смотрел по московскому телевидению выступление какого-то деятеля, зачитывающего коллективное письмо советских евреев. Они сообщали, что были завербованы американской и израильской разведками. Теперь они раскаялись и письменно просят прощения у советского народа и правительства.

Когда зачитывался список подписантов, я подпрыгнул на диване, так как среди них была Хасина Любовь Анатольевна. Это имя моей мачехи, бывшей учительницы рисования младших классов школы, к тому времени ожидавшей в Италии разрешения на въезд в США. Я был потрясён наглостью и примитивизмом сотрудников КГБ, стряпающих подобные провокации, чтобы обманывать советских граждан, отчитаться перед начальством, и оправдать свою зарплату.

Совершенно очевидно, что липовый список людей, якобы подписавших письмо раскаяния, был составлен на основе списка уехавших из СССР евреев, которые теперь уже не могли оспорить тот факт, что они никакого письма не подписывали.

Эпизод 5. Разное

Эпизод 5. Разное

Однажды на работе ко мне подошёл главный партийный демагог, член парткома, замдиректора по хозяйственным вопросам и стукач ГВЦ (нашей организации). Во время войны он был особистом полка, т. е. представителем КГБ в армии и членом тройки (суда) СМЕРШ, отправлявших людей или на скорый расстрел или на гибель в штрафных батальонах. Он доверительно попросил взять на работу в мой отдел некую девушку, 19 летнюю дочку его друзей, которые уже три года сидят в отказе на выезд из СССР в Израиль. Друзья уволены с работы и почти голодают. Девушка отчислена со второго курса института.

Я был очень удивлён, получив такую просьбу от такого просоветского человека. Я согласился, и наш гэбэшник «утряс» с гэбэшным отделом кадров приём на самую низкооплачиваемую работу этой девушки. Через год эта семья получила разрешение на выезд. Чтобы меня не подводить, девушка уволилась за два месяца до отъезда в Израиль по причине якобы переезда к жениху в Астрахань. А неприятности у меня всё равно были, и большие.