С самыми сердечными пожеланиями и выражением моего самого страстного восхищения.
Ваш старый
Это письмо подтверждает неслабеющую увлеченность Фрейда литературным творчеством, его неизменное стремление к истине и непреходящий интерес к источникам вдохновения творца, которые Фрейд по-прежнему надеялся постичь с помощью аналитических методов[360].
Получив от Цвейга ответное письмо с выражениями искренней благодарности, 14 октября Фрейд снова пишет ему:
«Дорогой господин Арнольд.
Просто удивительно, какое большое удовольствие можно получить от подлинного литературного шедевра. Однако я хочу уверить Вас, что этими словами отнюдь не стремлюсь сделать Вам дружеский комплимент, а лишь пытаюсь воздать должное Вашему таланту. Помимо меня, моей дочери и сына [Мартина], среди моих близких есть еще один человек, который в восторге от Вашей работы. Это мой доктор, Макс Шур, очень компетентный врач, который до такой степени возмущен происходящим в Германии, что не прописывает никаких германских лекарств[361]. Мне приходится рассказывать ему о Вас снова и снова»[362].
Далее Фрейд прокомментировал попустительство англичан действиям Муссолини в пору эфиопского кризиса. Он предвидел, что от этого выиграет только Гитлер и Австрии – и в том числе австрийским евреям – придется за это дорого заплатить. Письмо заканчивается так:
«Через несколько дней мы возвращаемся в нашу городскую квартиру. За окном великолепная осень. Мое состояние несколько улучшилось. Война либо ее предчувствие могут разрушить всю нашу аналитическую работу в Вене».
К концу 1935 г. Фрейда попросили написать статью для праздничного тома, посвященного грядущему 70-летию Ромена Роллана (родившегося 29 января 1866 г.). Письмо к Арнольду Цвейгу дает нам возможность понять мотивы, которыми руководствовался Фрейд, выбрав тему «Расстройства памяти на Акрополе». Несомненно, здесь сыграла свою роль обычная ностальгия: «Как молод я был тогда, какой чудесной оказалась поездка в Афины! Какие захватывающие описания Греции я получил от Мари Бонапарт» и т. д. Но конечно, здесь были и другие основания. 20 января 1936 г. Фрейд писал Цвейгу:
«Меня настойчиво просили написать что-нибудь к 70-летию Ромена Роллана и я, наконец, согласился. Я завершил краткий анализ состояния, которое наблюдал у себя во время пребывания на Акрополе в Афинах в 1904 г. Это довольно интимное переживание, которое едва ли имеет отношение к Р. Р. (если не считать того, что он ровесник моего брата, с которым мы тогда отправились в путешествие). Однако если Вы сопоставите две старые притчи – о плуте, который отдавал больше, чем у него было, и прекрасной девушке, которая не могла дать больше, чем у нее есть, – то Вы меня поймете».