– Отчего же? – искренно удивилась американка. – Отчего вы не можете здесь оставаться? Неужели из-за того, что недавно потеряли бабушку? Но ведь же она была стара… Вот тоже вы траур надели… У нас в Америке только муж носит траур по жене… Странные обычаи на континенте… – недоумевала мисс Джесси.
– Извините, я пойду домой…
Американка пожала плечами.
– Ну если это так против ваших чувств – так конечно идите…
И она принялась за кофе, а я торопливо пробираясь между столами – почти бегом выбежала на улицу…
Получила письмо из дому. Оказывается, бабушка написала духовное завещание и назначила меня душеприказчицей. Практичная сестра Надя уже справилась у адвоката. За утверждение завещания по доверенности он спросил ни с чем не сообразную цену – двести пятьдесят рублей. А ведь еще неизвестно, сколько придется на долю каждого из нас: бабушка была очень небогата…
«Приезжай лучше на сороковой день и сделай все сама. Тебе вся поездка обойдется дешевле, чем нам платить Н.», – пишет сестра. Она права. Обойдется дешевле, и нам, братьям и сестрам, не придется платить ни гроша…
Но… ехать опять туда, в семью, опять в эту ужасную обстановку, которая мне всю душу измотала. Опять видеть мать… какой ужас! Я не могу… не могу.
Один взгляд на календарь – так немного осталось дней до отъезда.
Нет, не могу, не могу… Что же мне делать, что же мне делать?!
До сих пор не решилась написать ответ домой. Дать уже лучше доверенность, пусть сделают все-таки без меня…
И не исполнить самой последней воли дорогого человека… Бабушка, значит, надеялась на меня, а я-то откажусь… Поеду завтра в Сальпетриер.