Несмотря на все усилия, мне не удается даже слегка пошевелить его. Он проворно и легко обхватывает меня и через секунду я намертво сжата в его ненавистных железных руках. Как я ненавижу теперь его силу!
– Отпусти меня! Отпусти меня! – с шипением говорю я, ударяя его молниями из своих глаз.
– Успокойся… Ус-по-кой-ся! – цедит он, стиснув зубы. Вдруг, я вижу, как в лицо ему летит огромный, злостный плевок и остается разбрызганным на его ресницах, носу, щеках, губах. С минуту он стоит не двигаясь, и я чувствую, как сердце мое летит в пропасть: боже мой, что я наделала!
Затем он отпускает меня (я остаюсь стоять на месте), подходит к креслу, вытягивает из кучи вещей, сваленных на нем, какую-то рубашку, вытирает лицо. Минуты бегут. Быстро-быстро бежит сердце. Молчит.
– Я уже вижу, что ты неисправима. Мне бы следовало забыть тебя, – наконец говорит он.
Я перевожу дыхание.
– Уходи, – говорю я тихо и отчетливо.
– Ты знаешь? – с внезапным взмахом в голосе говорит он. – Если я уйду, это будет уже навсегда. Я устал! Уходи! Приходи!
– Я хочу, чтобы ты ушел навсегда, – тихо и отчетливо говорю я.
Он смотрит на меня, словно старается понять, не шучу ли я.
– Не уйду! Завтра уйду. Мне неохота сейчас.
– Нет, ты уйдешь именно сейчас. Сейчас!
– Но, что же случилось?! Что сейчас?! – взмолившимся голосом говорит он. (Ах, неужели тебя наконец заинтересовало, что случилось!) – Ведь все было хорошо. Наш последний скандал еще не стерся из памяти, а ты уже опять?
– Разуме-е-ется, мы же все проблемы так хорошо разрешили тогда! Ты позволил нанести себе две царапины и теперь можешь обманывать меня всю оставшуюся жизнь!
– В чем я обманываю тебя?! Тебя беспокоит, что мы все еще не женаты? Но ведь я сказал тебе, пожалуйста, я женюсь на тебе. Хочешь, пойдем распишемся.
Нет, вы только обратите внимание на построение фраз: пожалуйста, тебе нужна моя услуга, мое одолжение? Я окажу тебе эту услугу, пожалуйста, я женюсь на тебе. Если
Но проедем это. Вслух я сказала: