Умственный паралич. Понять случившегося не могу. Совсем не по мне. Желают стандартного патриарха, а я совсем не стандартен и совсем не патриарх. Zo to bendie?[328]
Вроде умирания. Исчез прежний «я».
Завален грудой бумаг, «поздравлений», и так хочется своего, настоящей науки.
Охота за книгами. Но со странным чувством, что все это ни к чему, перетаскивание предметов с одного места на другое. Все погибнет, все временно. Собственная смерть так ясна и несомненна. Да не только собственная, а всего.
7 августа 19457 августа 1945
Вчера ночью радио – об урановых бомбах. Начало совсем новой фазы человеческой истории. Смысл человеческого существования. Возможности необъятны. Перелеты на другие миры. Гораздо дальше Ж. Верна. Но неужели горилла с урановой бомбой? Ум, совесть, добродушие и такт – достаточно ли всего этого у людей.
В такой момент я в Академии. Просто страшно. Наука получила такое значение, о котором раньше писалось только в фантастических романах. Eritis sicut Dei[329].
15 августа 194515 августа 1945
По радио узнал о японской капитуляции, вызванной, по словам микадо, атомными бомбами. Физика, наука в качестве арбитра окончательного.
Снова мысль о человеке, становящемся богом, благодаря разуму своему. Но это, пожалуй, настоящее единственное доказательство бытия Божия.
Разум, сознание, охватывающее материю.
17 августа 194517 августа 1945
Урановая бомба – вполне реальная, несомненная, не условная вещь, и она, вероятно, определит дальнейший ход мира.
Мертвенно-чахоточная красота города, из этой красоты просвечивает тоскующая, взыскующая душа. Пушкин и Достоевский. Поэтому хочется умереть здесь. На каждом шагу тени: Рождественский, отец, трагедия блокады. Крысы.
Сегодня месяц академического ярма. Каждый день просыпаюсь с ужасом и отвращением. Чувствую, что я совсем не то, что надо. Малое мешаю с большим. Вероятно, очень скоро окажусь не ко двору.
Не оставляющее чувство умирания, недолговечности людей, вещей, памяти. Проходящие сны. Вынут сдерживающий стержень. А люди кругом примитивные. Мыслей почти некому передать. В пустыне.
Пугает отсутствие научного творчества и подъема.