1 мая 1947

Холодный день, но с солнцем и без дождя. На трибуне, парад и демонстрация. Рядом со здешними властями. Военный парад – механизированные человеческие массы. К несчастью, нельзя вот так стройно в одну сторону выровнять и направить человеческую мысль, побороться с энтропийностью психики человеческого общества.

Четыре часа стоял на трибуне, лицом к Россиеву штабу и Александровской колонне. Люди, полмиллиона людей. Русские, мягкие, бесформенные лица. Столько труда, столько трудностей, но человек – «сходящееся и расходящееся облако».

4 мая 1947

Herz Beklommenheit[358]. Не за что зацепиться. Вспоминается Д. С. Рождественский и его добровольный конец.

6 мая 1947

Водопад дел, делишек, большею частью неприятных, который сбивает с ног. ‹…› В «Правду» пишут письма по поводу моего «идеализма» ‹…› Общество распространения политических и научных знаний[359] – новая тяжелая нагрузка, а по существу важнейшее дело. Но разве можно поручить это все тому-то человеку! Ужас. ‹…› В квартире тихо. На синей стене Лютер и Доменикино, за окном чуть-чуть начинают зеленеть деревья. Но все это только декорация бумажная.

9 мая 1947

На мне совершенно страшный груз дел, о котором страшно и думать. Поэтому каждая минута – ощущение преступника, не выполняющего свои дела.

Но господствующее чувство-мысль: «человек-облако». Мысль, совершенно освобождающая, но до бездонности безнадежная.

11 мая 1947

…дома один. Полная изоляция. Я и книги. Книг много, но как мало настоящих. Деревья зеленеют. Между рамами запутался глупый шмель, тыкающийся в стекло. Ездил «по книги», зачем-то купил инкунабельного Августина. Наклейка ex-libris’ов, которые осуществились лет через 38 (деревянная гравюра Валлотона).

Девять десятых жизни заняты совсем не тем, о чем здесь пишется. Каждый день часа три в Физическом институте. ‹…› Потом часов 6 каждый день в Академии, мозаика, калейдоскоп, звонки вертушек, обо всем, ясное ощущение себя диспетчерской машиной. Потом часов 7 сна, со странными образами, которые всегда поражают не тем, что они видны, но своей отчетливостью во всех деталях.

13 мая 1947