Сходные философские мысли вызывал у Вавилова и кинематограф.

Кино – как и театр – Вавилов тоже любил. Первый упомянутый в дневнике фильм – «идиотская переделка Живого трупа „Il cadavere vivente[471]“» в итальянском Cinematografo (29 июня 1913). Вавилов часто ходил «в кинематограф», будучи в армии («Вечером зашли в кинематограф и взирали с ужасом на некое „Исчадие ада“» – 11 сентября 1916). Много фильмов он посмотрел во время поездки по Европе в 1935 г. («Одурманивающая картина, превосходно разыгранная „Anna e Elisabeta“ с чудесами ясновидящей» – 15 июня 1935), обращая внимание, помимо прочего – как оптик – на технологию цветной съемки. 25 апреля 1945 г. Вавилов с разочарованием отзывается о «Серенаде солнечной долины» (1941) – «американское слабительное с джазом и архипримитивом для бесхвостых обезьян». 20 мая 1945 г. упоминает «мягкий, хороший и умный фильм об Эдисоне», 29 декабря 1948 г. «бульварный фильм „Монте-Кристо“». Из отечественных фильмов в дневнике упоминаются «Петр Первый» (1937–1938), «Мои университеты» (1940), «жалостная бездарность» «Майская ночь» (1940), «Весна» (1947), «Ленин в Октябре» (1937) и научно-популярный фильм «Солнечное племя» (1944). В санатории в Барвихе в последние месяцы жизни Вавилов смотрел фильмы ежедневно, но упомянут в дневнике только документальный фильм «Освобожденный Китай» (1950) – «титанические дела там делаются» (22 декабря 1950) и – последним – фильм «Лермонтов» (1943).