– Вот! Они поймут!

– Нет, не могу. Это для них будет слишком. Они знают, что я живая, это уже больше, чем они ожидали. Я боюсь, что могу принести им несчастье. Ничего еще не окончено, я это чувствую.

И все же, несмотря на эту страстную отповедь, Тоня периодически бросала задумчивые взгляды на телефон.

Приехал Юрка. Он сказал:

– Опять мимо вас проезжал, у Васьки был.

Я привел его на кухню, попить чай, и Анжела начала рассказывать про наши все приключения. Юрка подгрызал баранки и слушал, иногда нервно вдруг дергая коленкой.

Я сказал:

– Ну, как тебе? Как мы день провели?

– Отлично вы день провели.

– Видишь, у меня тоже пчела в голове была.

Юрка пристально посмотрел на меня, потом сказал:

– Не сходи с ума. Ладно? Я подумал, если я буду думать об этом еще – я сойду с ума. Но есть у меня предположения, в чем тут может быть дело.

– В матери и чертях, – сказал я.

Юрка покусал костяшки пальцев.

– Это легкое объяснение.

– Не такое уж легкое.

– Это значило бы, что никто не хочет меня убить, – сказал он.

И я подумал: он едет. В смысле – любой здоровый человек, без нарушений в мышлении, сложил бы два и два. Я не еду, а он едет. Но я тоже могу поехать. И Антон (а может – и уже). Такова наша общая судьба.

Ну, приятной езды.

Юрка наклонился ко мне и сказал: