Туман, пар, не знаю, словом, белая дымка уплотнилась, и посреди болот я увидел человеческие силуэты. Пять человек: двое мужчин – охотники, мальчик и девочка – подростки, и молодая девушка. Я потянулся к пистолету, потом понял – он мне мало чем поможет, и взял нож – холодное железо и все такое.

В кармане у меня на всякий случай лежал пакетик с рисом. В снегу, подумал я, вы у меня будете собирать его долго-долго.

Люди молчали, не приближались, не удалялись.

Вот только покойников с болот мне еще не хватало.

Я крикнул:

– Привет! Чего надо?

Они молчали. Неподвижно стояли в мягко движущемся тумане.

Я сказал Арине:

– В любом случае, вежливо будет поздороваться. Тоня, что за ребята?

– Виктор, я не знаю всех мертвых. Если я мертвая, это не значит, что я со всеми мертвыми общалась.

Некоторое время так они и стояли, глядели на нас, потом развернулись и медленно побрели по ненадежному льду, исчезли в тумане.

– Наверное, – сказала Тоня. – Они посмотреть выходили.

– Ну теперь ты знаешь, ну понятно.

Арина дернула меня за рукав куртки.

– Виктор, ты должен что-то сделать! Это не может ведь продолжаться вечно! Скоро стемнеет.

Я сказал:

– Хочешь знать мое мнение? Она нас сюда загнала, ждет вечера. Чтоб в силе быть, походу.

– А зачем ей нас сюда загонять? – спросила Арина.

– Да, собственно, и незачем. Наверное, развлекается. Ты ни хрена не знаешь мою мать – в этом тебе повезло, кстати.

И правда – темнело. День прошел в этих скитаниях дурацких, а мы так никуда и не продвинулись. Ну, думаю, черная свинья, ты еще покажешься в темноте.