Вдруг я заметил Тоню. Она замахнулась горячей палкой и со всей силы треснула мать по спине.

– Не надо! – крикнула Арина. – Она только становится так сильнее!

Словно бы они поменялись местами – разумная трусишка Тоня и страстная, злобная Арина. Впрочем, почти тут же Арина вернула себе свой статус самой смелой девочки в классе.

– Лучше давай попробуем ее стащить!

Они вдвоем вцепились в мамкину шкуру, пытались ее тащить, но мать легко их стряхивала, как насекомых. Я уже не бил ее ножом, просто старался держать ее морду.

Тут ухо обожгло, голове стало жарко. Я услышал Хитрого, смелого и самого сильного.

– Витя! Это большая ошибка с твоей стороны! Теперь только одним ты образом ее исправишь – прими мою помощь! Прими, и она тут же лишится всей силы! Прими мою помощь, и мы с тобой заживем! А не примешь – так умрешь! Не то погибель!

– Отвали!

– Я не шучу! На этот-то раз! Избавь ее от проклятья, возьми его на себя! Я не хочу, чтобы ты умер! Ты же такой убийца! Я не люблю, когда умирают убийцы!

Я держал и держал ее морду, горячая слюна, горячая кровь, все это текло по моим рукам, ладони стали скользкие.

– Надо было с первого удара ее кончать! Теперь-то поздно!

Ну, эта история старательно учила меня тому, что не все решает физическая сила. Но ученик я плохой. Когда ее морда выскользнула из моих рук, я, без единой мысли в голове, абсолютно рефлекторно двинул ей, чтоб не дать добраться до моей шеи.

И это снова сделало мать только сильнее. Она схватила меня за воротник, истекающая кровью, жуткая зверюга, и потащила к болоту.

– Сука ты! Сука!

Ну серьезно, потащила эта тварь меня к болоту. Арина и Тоня пытались ухватить ее за когтистые лапы, но она оказалась такой сильной и быстрой, что тут уж я с ней не справлялся, не то что девчата.

Нельзя было бить ее. Ну вот нельзя и все – еще будет сильнее. Попытался тогда нащупать в кармане пакетик с рисом, раньше б до того додуматься, да только выпал он, видать. Хитрый, смелый и самый сильный несся за мной.

– Принимай мою помощь! – кричал он. – Принимай ее проклятье! Освободи ее от зла!

Мне не до этого: пытаюсь разжать ей зубы. Ну, думаю, если дело совсем труба будет – приму твою помощь, что уж, жить-то стоит на свете. Но как-то не хотелось бы – с черной колдунской душой, насмотрелся я уже этого всего.

Забавная мысль пришла: а ведь с тем же успехом это мог бы быть Антон или Юрка – на моем-то месте. Мы ж равноценны, взаимозаменяемы, все – ведьмины сыновья. Как бы они справились, лучше или хуже?

Ну, это всегда между братьями есть: лучше или хуже.