Мама беспрерывно напевала. Она отмыла кровь с моего лба и сказала, что скоро все будет хорошо. «Бедная моя девочка, тебе досталось сегодня. Но ты сама виновата – ты была неосторожна».

Я узнала этот взгляд. Блеск в ее глазах. Всякий раз, когда я падала и ушибалась, она потом утешала меня. Она обожает утешать, заботиться, суетиться вокруг тебя. Показывать всем, какая она любящая мать.

Впервые я осознала, что именно этим она всегда и занималась.

На этом фоне боль в голове отступила на второй план. Страх, впившийся в мое тело, исчез. Я словно бы проснулась от долгого удушливого сна. И я больше не боялась.

Я сердилась.

– Все те случаи, когда я в детстве получала травмы. Это все ты. Ты всегда это подстраивала.

Мама остановилась. Склонила голову набок и посмотрела на меня.

– Дорогая моя, – ответила она. – Тебе надо было многому научиться. Мне казалось, ты это поняла.

Она снова промокнула мне рану мокрым ватным диском. От этого в ране защипало, я отстранила голову и посмотрела маме в глаза.

– А когда я хотела поехать с классом в «Грёна Лунд»? Ты защемила мне руку дверью машины. Несколько раз. Тебя не волновало, что я кричала и просила тебя прекратить. Зачем? Почему тебе доставляло удовольствие ранить меня?

– Я не могла допустить, чтобы ты бегала по городу. Там, где рядом она.

– Кто? Кто был рядом там, в городе?

Я хотела, чтобы она сказала все, как есть. Мне было важно услышать правду.

– Я никогда не ранила тебя, Изабелла. Никогда. Я защищала тебя. Я воспитывала тебя.

Она достала пластырь и прилепила его мне на лоб.

– Я хотела сделать тебя сильной. Это главная задача любой матери. Она утешает. Она заботится и защищает.

– Где мы находимся? – спросила я.

– Видишь ли, это наше собственное укромное местечко. Возможно, на первый взгляд оно выглядит неказисто, но оно наше. И здесь нам будет очень уютно.

– Мы в «Страндгордене»? Где это?

– В раю.