– Куда он мог направиться, Шоуфилд?

– Я уже говорил – не знаю.

Маркус, выругавшись, взъерошил волосы. Следствие зашло в тупик, и он не представлял, куда двигаться дальше. Все рушилось на глазах. Васкес, Эндрю и Аллен в больнице, Мэгги пропала, и подвел их он, Маркус. И все же он чувствовал, что упустил нечто важное, где‐то совсем рядом был ключ к новому направлению расследования.

– Вы действительно разговаривали с моей матерью? – спросил Шоуфилд.

– Нет. Просто почитал ваше досье, остальное выдумал.

– Значит, Конлан не мой отец?

– Наверняка не скажу, однако готов биться об заклад, что именно он. Тут все сходится. Думаю, вы и сами догадывались.

– Пока мать была дома, я просил ее обо всем рассказать, но она повторяла, что я – дитя дьявола, твердила, что у меня нет души, называла меня мерзостью. Я старался стать другим… и не преуспел.

Шоуфилд не отрывал взгляд от пола, его глаза блестели в свете голых лампочек. Маркус невольно почувствовал жалость.

– Жена, дети… В семейной жизни вы были безупречны, и они любят вас, несмотря на то что вы сделали. Это много значит.

– Я хотел стать для них настоящим мужем и отцом, только и всего.

– Каждый из нас формируется под влиянием накопленного опыта. Ваш опыт – худший из того, что можно себе представить. Вы нравственно больны, сломаны, однако это не означает, что вы чудовище или, как говорила ваша мать, мерзость. Семья любит в вас того человека, каким вы являетесь сейчас, а не того, кого из вас пытались вырастить. Опять же мы все по‐своему сломаны.

– Как же себя восстановить?

– Боюсь, что никак. Самостоятельно мы этого сделать не сможем.

Помолчав, Шоуфилд спросил:

– Считаете, что Бог простит меня за убийства?

Маркус вспомнил, сколько жизней отнял он сам: его руки были по локоть в крови, – тут он ничем не отличался от Шоуфилда, поэтому часто задавал себе тот же вопрос.

– Надеюсь, – тихо сказал он.

Шоуфилд прикрыл глаза и прислонился к старому деревянному столу, а Маркус, продолжая осматривать подвал, окинул взглядом пентаграмму, зеркала и вспомнил подземелье в Висконсине, где Конлан совершил свой первый ритуал.

– Последний обряд состоялся здесь?