Я покачал головой:

– Что ж, этого я сказать не могу, но… но где ты их…

– Это было самое гениальное решение, – заявил Макгрей, не скрывая улыбки. – Я спрятал их в другой книге! Как иголку в чертовом стоге сена!

И Виктория, и Солсбери одновременно вскинулись, будто его ботинки и ее кресло внезапно вспыхнули огнем.

– Заберите их оттуда! – завопила королева, ткнув толстым указательным пальцем в сторону Солсбери, и премьер-министр заспешил к выходу.

– Да, ваше величество. Телеграфирую сию же…

– Эй-эй-эй! – возмутился Девятипалый. – Придержи лошадей, старикан. Их там уже нет.

Солсбери уже успел отогнуть портьеру. Не выпуская ее из рук, он обернулся к Макгрею:

– Ась?

Я недоверчиво покосился на Девятипалого, а затем ахнул.

– Сорока! – прошептал я. – Ты отправил весточку с сорокой!

Макгрей кивнул:

– Ага, Белене и Дубик. Я же сам тебе сказал! Сообщил им библиотечный шифр книги, которую для этого выбрал. Этот идиот наверняка видел, как мы птицу выпустили. – Он кивнул на Шефа, чьи безупречные усы, казалось, утеряли свой лоск.

– Видел? – наседала королева.

Шеф был до того напряжен, что и сам не заметил, как опустил револьвер.

– Он… он выпустил птицу до того, как мы догнали их, ваше величество.

Присутствующие были бледны и до того, но от следующих слов Макгрея лица их приобрели землистый оттенок.

– С того момента минуло почти двое суток. – Он посмотрел на премьер-министра. – Столько же времени вы потратили, доставляя нас сюда. Другие ведьмы, – он намеренно воздержался от уточнения «йоркские», – уже, несомненно, завладели теми бумагами.