Остров островом, но дом поразил меня до глубины души, настоящая усадьба из исторического фильма, правда, размер не совсем киношный, там поболе дома будут, но… два этажа, деревянные колонны, резные перила, ступеньки, наличники на окнах… Красота, одним словом.

Внутри было пыльно и темно. Наверное, нужно наличники с окон снять, и свет включить, должен же он включаться, вряд ли лампочку с декоративными целями повесили. Салаватов сказал, что нужно отыскать генератор и запустить его, тогда и свет будет, и вода, и прочие радости жизни, ну, ему виднее. Я же отправилась на поиски душа, грязь на ногах раздражала неимоверно.

За полчаса Тимур управился и с генератором, и со светом, и с душем. Во всяком случае, насос заработал и неправдоподобно огромная ванна на ржавых звериных лапах начала наполнятся водой. Теплая и пахнет тиной, ну да я девушка не привередливая, и на такую согласна. Насос гудел, качая воду, тоненькие жестяные трубочки звенели, они, кстати, похожи на стебли камыша, только металлические, вода уносила грязь, из окна — здесь в ванной даже окно имелось — тянуло сквознячком, и я чувствовала себя почти счастливой. Это место мне нравится, зимой здесь жить невозможно, холодно и одиноко, а вот лето провести в тишине и покое, это да, это со всем удовольствием.

А завтра Марек приедет. Интересно, какой он из себя, на кого похож?

— Тебе чай или кофе? — Донесся с кухни мощный рык Салаватова.

— Кофе! — Надеюсь, услышит, у меня голосок послабее, а тут еще вода журчит. Кстати, пора вылезать, пока совсем не замерзла, это ведь только сразу приятно с летней жары да под прохладный душ. Сейчас поужинаем и баиньки. Нет, после ужина надо еще дом осмотреть, Марек, конечно, уверял, что здесь все готово к приезду дорогих гостей, но я желаю лично убедиться, что не умру от голода, жажды или нападения диких комаров.

Пока я бродила по дому, Салаватов принял душ. Потом мы бродили вместе, рассматривали мебель и спорили, решая кто где будет спать. Спорила я, потому что очень хотелось с кем-нибудь поспорить, а Тимур позорно соглашался со всеми предложениями.

Ну и ладно.

Изыскания закончились на кухне: большая, уютная, она приглашала расслабиться и испить чаю, от подобного приглашения отказываться грех.

Чай пили молча. За окнами смеркалось, лес на глазах превращался в одну сплошную черную стену, за которой пряталось озеро с шуршащими камышами и пиявками, кособокая ущербная луна уже выползла на небосвод, и теперь с удивлением взирала вниз. Одинокий комар кружил где-то возле лампочки и звенел, звенел, паразит.