На следующий день я вновь отправился в контору, в которой совершил этот примечательный обмен – и куда, раз заключив сделку, никто никогда больше не возвращается. Я с завязанными глазами нашел бы дорогу в тот сомнительный квартал, откуда выходит убогая улочка, в конце которой сворачиваешь в проулок, а от него отходит тупик, где некогда и стояла диковинная контора. С одной стороны к ней примыкало здание с желобчатыми, выкрашенными в красный цвет колоннами, а с другой стороны – дешевая ювелирная лавка с серебряными брошечками в витрине. Вот в таком несуразном окружении стоял домишко с коричневыми брусьями и зелеными стенами.

Не прошло и получаса, как я уже оказался в тупике, куда наведывался дважды в день в течение всей прошлой недели. Я нашел здание с уродливыми крашеными колоннами и ювелирную лавку, торгующую брошками, но зеленого домика с дверным проемом, сколоченным из трех брусьев, не было.

Вы скажете, его снесли – по-быстрому, за одну ночь: вот и разгадка! Но нет, ничего подобного; ведь теперь здание с желобчатыми колоннами, покрашенными поверх штукатурки, и дешевая ювелирная лавка с серебряными брошками (каждую из которых я смог бы детально описать) стояли стена к стене.

Повесть о суше и море

Повесть о суше и море

В первой «Книге чудес» рассказывается о том, как капитан Шард со злодейского корабля «Стреляный воробей», разграбив приморский город Бомбашарну, удалился от дел; и, предоставив пиратствовать молодежи, при полном одобрении Северной и Южной Атлантики, поселился с полоненной королевой на своем плавучем острове.

Порою ему, конечно, случалось тряхнуть стариной и потопить корабль-другой, но он уже не кружил вдоль торговых путей; и боязливые купцы высматривали на горизонте иные паруса.

Отнюдь не старость сподвигла Шарда оставить свою романтичную профессию и не предосудительность ее традиций, не огнестрельная рана и не выпивка; но лишь жестокая необходимость и обстоятельства неодолимой силы. Пять флотилий гнались за ним по пятам. А теперь я расскажу о том, как в один прекрасный день Шард ускользнул от них в Средиземном море, как он сражался с арабами, как на двадцати трех градусах северной широты и четырех градусах восточной долготы в первый и последний раз прогремел бортовой залп корабельных пушек, и о многом другом, о чем адмиралтейства ведать не ведают.

Пиратский капитан Шард славно погулял по морям на своем веку, все его веселые молодцы щеголяли серьгами с самым настоящим жемчугом, но теперь английский флот на всех парусах гнался за ним вдоль испанского побережья, подгоняемый попутным северным ветром. Англичане не то чтобы прямо настигали лихой корабль Шарда под названием «Стреляный воробей», однако подошли ближе, нежели ему бы того хотелось, и изрядно мешали бизнесу.