– Собственную фамилию забыл? – осведомился Гуров.

– Моя фамилия Алексеев, Константин Сергеевич, – терпеливо повторил Мацук. – Вы документы-то видели?

– Да все я видел.

– Ну вот раз видели, так и называйте меня как положено. У нас каждый имеет право на имя и на защиту доброго имени…

– Старика-истопника, Варфоломеича, ты грохнул? – прямо спросил Гуров.

– Конечно, нет, – немедленно открестился Мацук. – Вы в своем уме? Он же мне как дед был, подкармливал меня, Закону Божьему учил, попам никонианским не доверять.

– Чему-то не тому он тебя учил.

Серые волчьи глаза сузились, заблестели бесовским весельем, но голос задержанного звучал сурово, почти торжественно:

– Это мы на Страшном суде узнаем. Мы с дедушкой так смотрим: совсем плохи дела. Кругом коды какие-то, печати антихристовы, вводят что-то в тело, искажают образ Божий на корню. Бежать надо. А бежать-то больше некуда – тайга кругом. С ним и порешили – чтобы царству гарь устроить, чтобы, как и положено, по-старому, собственный згорельный дом.

– Ну он-то сгорел, а ты…

– А что я? Как и многие достойные люди до меня, через потайную дверцу и ушел. Внучок у Варфоломеича примерно моих лет был, его свидетельство о рождении я и позаимствовал, потом и паспорт выправил. Ну а там, думаю, надо бы посчитаться уже, с должничками моими. Я-то их давно простил, но одно дело – простить, а другое – душу спасти, а, Лев Иванович?

Гуров молчал.

– Это хорошо, что вы молчите, – похвалил Мацук. – Умеете слушать и слышать, правда, и не слушаетесь. Ну добрался я до города, смотрю – что же это делается, люд крещеный! Одни как мухи дохнут, а другие от водки пухнут, играют себе да поигрывают, народные деньги проигрывают. Нехорошо, правда?

Гуров продолжал молчать, опустив глаза. Внутри закипала черная-пречерная злоба, ведь недаром этот шут ведет свои глупые речи. Из себя вывести хочет, не иначе. Мацук-Алексеев продолжал как ни в чем не бывало своим тихим голосом:

– Вот и решил я, как это в Писании у нас говорится, ходить к филистимлянам оттачивать оружие.

– Это что значит?

– А то и значит. Я же в жизни ни одним спортом не увлекался, потому-то физрук меня и возненавидел, надо думать. Глупое времяпрепровождение и пустая трата пота. То ли дело компьютеры, технологии!

– Компьютеры, технологии, надо полагать, божеское дело? – язвительно спросил сыщик.

– А это как подойти и чем заняться. Но главное-то не в этом, главное, что щелкнул по клавише – и вот тебе результат. Ну а поскольку я с детства хорошо соображал, то так и пошло плотно: сначала игрушки-эмуляторы спортивные, простенькие алгоритмы освоил, потом к статистике перешел, ну а потом и до человеческой природы добрался.