Аслан похолодел:

– Просто восемнадцатое?

– Да, сегодня. Я выезжаю к…

– Нет, не смей, – сказал он, дал отбой и перезвонил Гурову: – Просто на восемнадцатое. На сегодня.

Голос Гурова зазвучал жестко и безапелляционно:

– Дверь никому не открывать. На звонки, кроме моего – не отвечать. Сидеть дома. Ни капли спиртного. Все понятно?

– Да.

– Скоро будем.

Аслан автоматически коснулся шприца в потайном кармане пиджака и зачем-то переложил его в нагрудный.

Сыщики встретились у метро.

– Ну что, взяточник, получил уже по сусалам? – осведомился у Гурова Крячко.

– Пока нет и еще недели две не получу. С понедельника захвораю ковидом – а там видно будет.

– Стало быть, надо нам с тобой за выходные уложиться, – заметил Стас. – А то опять все насмарку, особенно четыреста пятьдесят тысяч, с ума сойти.

– Твоя правда, – мрачно ответил Лев Иванович. – Мацук уже поставил на то, что Нассонов кони двинет от какого-то отека. Аллергия.

– Ишь ты, подкованный какой, – пробормотал Станислав, шаря по карманам, – а Нассонов-то гляди какой храбрец. Я-то был уверен, он свалит.

– Я тоже.

– Лева, что за черт. Опять фигня какая-то. Ключи никак не найду. Только вчера в кармане были, странные такие, выдвигались еще. Слушай, на Сретенке, прям рядом с тем домом, быстрый металлоремонт в подвале. Заскочим. А то вдруг что, а у нас только одна пара ключей.

Гуров согласился:

– Зайдем по дороге. Пятнадцать минут-то он продержится. Тем более что ключей, кроме нас, ни у кого нет, а замочек там непростой, взломать, случись чего, не получится.