Карина не сразу поняла, что она говорит об отце.

– Простите, что разбудила. – В тоне женщины, однако, не чувствовалось вины. Она продолжала спокойно, изучающе глядеть на нее. – Вы хорошо знали Олега?

– Хорошо.

Карина попыталась уловить сходство между этой железной леди и собой. Ничего общего. Разве только волосы – одинаковой длины и густоты, но разного цвета, у Инны намного светлей.

– Насколько хорошо?

Карина глянула на женщину с недоумением. Чего она добивается? Что имеет в виду?

– С того момента, как они с женой переехали в эту квартиру.

– Понятно. – Инна наклонила голову. – Расскажите, как он жил в Москве. Мы не виделись девять лет: я вышла замуж и улетела в Бостон, а Олег тогда собирался ехать поступать в консерваторию.

– Разве вы не переписывались? – сухо спросила Карина.

– Переписывались. Но я хочу узнать от третьего лица.

– Зачем? – Карина почувствовала к сестре Олега острую неприязнь.

Явилась не запылилась из своей Америки, никаких эмоций, лишь этот холодный, безразличный тон, которым говорят криминалисты. И ее Олег боготворил, тосковал, искал похожую на нее?

– Пожалуйста. – Голос женщины чуть смягчился. – Мне это очень важно.

– Нормально жил. Имел любимую работу, семью.

– И как у него было с женой?

– Обыкновенно. Как у всех, – почти с ненавистью сказала Карина.

– Но он ведь не любил ее.

– Откуда вы взяли? – резко спросила она. – Он вам писал об этом?

– Нет. Прямо не писал. Но я чувствовала… между строк. Вы… не сердитесь на меня. – Женщина встала, прошлась по комнате взад-вперед и снова остановилась перед Кариной, – Я… – она вдруг приложила руки к груди, – должна с кем-нибудь поговорить, иначе… сердце лопнет. Трое суток без сна, визу выбила с трудом, до конца не надеялась, что успею, смогу его повидать. Собственно… и видать-то нечего. – Инна тревожно глянула на Карину сухими, пронзительно-светлыми глазами, и та поняла, что кажущаяся бесчувственность на самом деле просто шок.

– Я не сержусь, – негромко проговорила она и прибавила: – Олег любил Лелю. По-своему, может быть, не отдавая себе в этом отчета, упорно убеждая ее и себя в обратном.