Будущее казалось прекрасным.

Грант уже излил все восторги перед сержантом Уильямсом, который навестил его, завершив свои дела в Эссексе, и теперь с нетерпением поджидал Марту, чтобы распустить хвост перед ней.

– Как продвигаются исторические книги? – спросил его Уильямс.

– Прекрасно. Я доказал, что они все врут.

Уильямс ухмыльнулся.

– Мне думается, что на этот счет существует закон, – сказал он. – МИ-5[55] это придется не по вкусу. Государственная измена или оскорбление монарха либо что-нибудь в этом роде – вот во что это может вылиться. В наши дни ничего нельзя знать наперед. Я бы поостерегся на вашем месте.

– Впредь не буду верить ничему, что вычитаю из книг по истории.

– Вам придется делать исключения, – со своей обычной дотошностью заметил Уильямс. – Королева Виктория все-таки была английской королевой, и, мне кажется, Юлий Цезарь и впрямь вторгался в Британию. Ну и потом еще норманнское вторжение в тысяча шестьдесят шестом году…

– Да? А то я уже начал сомневаться насчет тысяча шестьдесят шестого года, – улыбнулся Грант. – Я вижу, вы разделались с делом в Эссексе. Ну и кто же убил вашу лавочницу?

– Один молодой подонок. Все его раньше жалели, воспитывали, с тех пор как в девять лет он начал воровать мелочь у собственной матери. Хорошая порка в двенадцать лет могла бы спасти ему жизнь. А теперь будет дрыгать ногами на виселице еще до того, как отцветет миндаль. – Тут Уильямс сменил тему. – Весна в этом году ранняя. Теперь, как дни стали длиннее, я каждый вечер в саду копаюсь. Вам тоже будет приятно снова подышать свежим воздухом.

И сержант ушел, розовощекий и здравомыслящий, как и подобает человеку, которого в детстве пороли для его же пользы.

Итак, Грант томился в ожидании следующего пришельца из внешнего мира, вернуться в который он и сам вскоре собирался, и очень обрадовался, когда послышался знакомый робкий стук в дверь.

– Заходите, Брент! – весело воскликнул он.

И Брент вошел.

Но это был не тот Брент, которого он видел в прошлый раз.

Где его радостный взор? Где новоприобретенная осанистость?

Куда подевался Кэррэдайн – пионер Кэррэдайн! – покоритель прерий, первопроходец?

Вместо него в дверях стоял худой юноша в длинном, висящем как на вешалке пальто, удрученный и потерянный. Из кармана, против обыкновения, не торчали никакие бумаги.

Ну что ж, философски подумал Грант, эта игра доставила немало волнующих минут. Но, конечно, рано или поздно должен был произойти срыв; нельзя заниматься серьезным расследованием по-дилетантски легковесно и надеяться что-то доказать. Ведь нельзя же ожидать, что случайный прохожий, оказавшись в Скотленд-Ярде, разрешит задачу, над которой безуспешно ломали головы сыщики-профессионалы. Почему же он возомнил себя умнее ученых мужей-историков? Ему хотелось доказать себе, что он правильно прочитал лицо на портрете; что не ошибся, поместив этого человека в судейское кресло, а не на скамью подсудимых. Теперь придется признать свою ошибку. Пожалуй, он сам напрашивался на то, чтобы получить щелчок по носу. Видно, в глубине души он переоценивал свое умение читать по лицам.