Еще примерно пять-десять секунд. Одна, две, три, четыре…

Вот.

– В этой луже мы зимой потеряли двух овец, – сообщил Томми, проносясь мимо излучины реки.

Слишком поздно.

Какое еще оправдание можно придумать? Теперь они слишком близко от Клюна, чтобы легко можно было отыскать предлог.

Он даже не мог закурить сигарету из страха, что руки будут дрожать слишком заметно.

Может, если что-нибудь сделать, самое тривиальное…

Грант взял пачку газет с сиденья рядом с собой, стал деловито, но бесцельно перекладывать их и заметил, что «Сигнала» среди них нет. Он собирался взять газету с собой из-за странного стихотворного наброска на полях, но, наверное, оставил в ресторане отеля. Ну ладно. Не важно. Она сослужила свою службу, скрасила ему завтрак. А владельцу газеты она уже не нужна. Он достиг своего рая, своего забытья, если это было то, к чему он стремился. Ему теперь безразлично, что руки могут стать неуправляемыми, а кожа вспотевшей. Не для него борьба с демонами. Не для него ясное утро, мягкая земля, красота силуэта гор на фоне неба.

Впервые Гранту пришло в голову поинтересоваться, что же привело молодого человека на север.

Ведь не для того же он купил билет в спальный вагон первого класса, чтобы напиться там до бесчувствия. Он ехал в определенное место. У него были дело и намерение. Цель.

Зачем поехал он на север в это холодное, не модное для туристов время года? Половить рыбу? Пойти в горы? В купе, как помнилось Гранту, не было никаких вещей, но багаж мог находиться под полкой. Или в багажном вагоне. Что это могло быть, если не спорт?

Не с таким лицом, нет.

Актер? Художник? Возможно.

Моряк, возвращающийся на свой корабль? Ехал на какую-нибудь военно-морскую базу за Инвернесом? Может быть. Такое лицо очень хорошо смотрелось бы на мостике корабля. Маленький корабль, очень быстрый, выдерживающий любой шторм.

Что еще? Что могло привести темноволосого молодого человека с разлетом бровей, свидетельствующим о беспечности, и страстью к алкоголю в горы Шотландии в начале марта?

Разве только он надумал теперь, когда вышел запрет на торговлю виски, заняться нелегальным промыслом?

А это неплохая идея. Легко ли было бы ее осуществить? Не так легко, как в Ирландии, потому что здесь мало кто захочет нарушать закон; но если уж вам удавалось добыть виски, оно оказывалось намного лучше ирландского. Гранту почти захотелось высказать эту идею молодому человеку. Если бы он мог посидеть напротив него за столиком накануне вечером, например понаблюдать, как заблестят его глаза при мысли о таком восхитительном способе обойти закон. Гранту захотелось хотя бы просто поговорить с ним, обменяться мнениями, узнать о нем что-нибудь. Если бы кто-нибудь поговорил с ним вчера вечером, может, мальчик сейчас оставался бы частью этого живого утра, этого ясного доброго мира с его дарами и обещаниями, вместо того…