«Считается, что Тир-на-Ног лежит к западу от самого крайнего острова. Страна юных. Страна вечной молодости – вот что такое гэльский рай. А что „охраняет дорогу“ к нему? Похоже, острова с поющими песками. Острова с торчащими скалами, похожими на шагающих людей».

«А говорящие звери? Их ты тоже найдешь на островах?»

«Найдешь».

«Да? И кто же это?»

«Тюлени».

«Ох, убирайся и оставь меня в покое. Я занят. Я ловлю рыбу».

«Ты можешь ловить рыбу, но ни черта не поймаешь. Твоего Джока Скотта можно было бы с таким же успехом воткнуть тебе в шляпу. А теперь послушай меня».

«Не хочу тебя слушать! Ну ладно, есть поющие пески на островах! Ладно, скалы есть, которые ходят! И бормочущие тюлени! Ко мне это не имеет никакого отношения. И я не думаю, что это имело какое-то отношение к Б-Семь».

«Не думаешь? А зачем он ехал на север?»

«На похороны родственника, к любовнице, полазать по горам! Откуда мне знать? И какое мне до этого дело?»

«Он собирался остановиться где-то в отеле „Каледониан“».

«Нет, не собирался».

«Откуда ты знаешь, где он собирался остановиться?»

«Я не знаю. Никто не знает».

«Почему один из них шутил по поводу ограбления „Каледониан“, если он собирался остановиться в „Вэверли“?»

«Если он направлялся на Кладда – а я ручаюсь, что на Кладда нет гостиницы, название которой так отдавало бы материком, как „Каледониан“, – если он направлялся на Кладда, ему надо было ехать через Глазго или Обан».

«Не обязательно. Через Скоон не дольше и не менее удобно. Может быть, он чувствовал отвращение к Глазго. Многие чувствуют. Почему бы тебе, когда вечером вернешься домой, не позвонить в „Каледониан“ в Скоон и не выяснить, ждали ли они Шарля Мартина».

«И не подумаю».

«Если ты будешь так шлепать по воде, ты распугаешь всю рыбу в реке».

Грант пришел домой к ужину в очень плохом настроении. Он ничего не поймал и потерял покой. А когда все дела были закончены и дети уложены в постель, в дремотной тишине, наполнившей гостиную, он вдруг обнаружил, что его взгляд переместился с книги, которую он читал, на телефон, находившийся в другом конце комнаты. Аппарат стоял на столе Томми и дразнил скрытыми в нем возможностями, обещая исполнить любую просьбу. Надо было только снять трубку, и можно было поговорить с человеком с тихоокеанского побережья Америки, или пересекающим Атлантику, или находящимся на две мили над землей. Можно было поговорить со служащим из отеля «Каледониан» в Скооне.